Чужая невеста для сына герцога

Они притихли при виде вооруженных всадников.

— Где староста? — спросил Сторд.

— Вперед вышел дородный мужик и поклонился.

— Я здешний староста, пресветлый господин, Гарис, стало быть.

— Что у вас случилось?

Староста мялся, но затем неохотно сказал:

— Дом вот сгорел у соседки моей, значит.

— Ты, ты сам его поджег! — закричала женщина, тыча пальцем в Гариса. — И сынка моего убили! — она стала кататься по земле, разрывая на себе одежду.

— А нечего было ему к эйшанам мотаться и хворь к нам приносить! — закричал кто-то из крестьян, подбегая с вилами к кричащей женщине.

Эдрик выхватил меч и, соскочив с лошади, встал перед нападавшим. Тот с неохотой отпустил вилы.

— Сын ее, значит, повадился к эйшанам плавать, лошадей, там покупал, а потом перепродавал на ярмарках, — вмешался староста.

— А вчера, стало быть, заболел, думали, просто жар у него, а он весь покрылся черными язвами.

— Принес нам черную лихорадку! — закричали нестройно остальные.

— Тхоргх! — выругался Эдрик, а крестьяне вокруг кричали:

— Все теперь помрем!

— Бежать надо отсюда, пока не поздно!

Черная лихорадка иногда появлялась в их землях, от нее умирали сотни людей, а потом она исчезала на несколько лет.

Эдрик вспомнил, что когда-то им с Дайнисом рассказывал об этой хвори капитан Тиль, обучавший их военному искусству. Сам Тиль переболел ей когда-то и говорил, что переболевшему человеку черная лихорадка потом не страшна. У заболевшего начинался жар, а потом появлялись по всему телу темные нарывы.

В это время раздался стук копыт. Один из крестьян вскочил на лошадь и, ударяя ее бока босыми пятками, поскакал прочь.

— Догнать! — приказал Эдрик, и оба солдата помчались за беглецом.

Людей отпускать из деревни было нельзя, они могли быстро разнести заразу по всему побережью.

— Никто не уйдет отсюда. Одежду, которая на вас, надо всю сжечь. Нагрейте сейчас горячей воды, и все вымойтесь с золой и щелочью. Если кто-то заболеет, поселим его отдельно в избе, — Эдрик четко отдавал команды.

— И еще — разведите два костра на окраине, — приказал Сторд.

Это был сигнал опасности для людей в гарнизоне.