Чужая невеста для сына герцога

Сердце замерло, и она снова неверяще заглянула в гладь круглого зеркала.

Это была она и в то же время не она, словно талантливый художник нарисовал ее черты, приукрасив и выделив самое лучшее.

Веснушки исчезли, голубые глаза стали более яркими, как летнее небо. Кожа на лице словно сияла, как перламутр речных раковин. Волосы переливались золотом, ложась на спину тяжелыми волнами.

Из зеркала на нее смотрела настоящая красавица.

28.3

Два дня спустя

— Ваша светлость, его светлейшество приказал, чтобы вас повсюду в замке сопровождала охрана и служанки, — фрейлина Анция Кейрис присела в реверансе.

Ильеста, одетая в роскошное синее платье, расшитое жемчугом, собиралась впервые выйти из своей комнаты.

— Отныне кто-то из вас постоянно будет следовать за госпожой! — приказала она Сете, Сайле и еще одной служанке из тех, кто появились совсем недавно. Они в накрахмаленных передниках стояли вдоль стены, как небольшая армия.

— Госпожа Анция, а куда подевалась Зура? — спросила Сета.

— Раз уж ты спрашиваешь, отвечу для всех, — снисходительно ответила Анция. — Я недавно застала ее в кладовке, где Зура, пусть ее светлость простит меня за откровенность, одновременно удовлетворяла сразу двоих мужчин. Я тут же выгнала ее прочь, не потерплю, чтобы здесь работали распутницы. Это всем ясно?

Женщины нестройно ответили, и Анция пристально поглядела на Сайлу. Та низко опустила голову.

— Пусть сегодня со мной будет Сайла, — решила Ильеста, желая поддержать девушку.

Медленными шагами, с небольшими остановками, она шла проведать тьори. За ней следовала целая процессия: служанка, гвардейцы, лекарь Эргел, но Ильеста двигалась вперед, с наслаждением подставляя лицо солнцу. Встречные кланялись, многие оборачивались ей вслед, а она неторопливо шла, гордо выпрямив спину.

Улла встрепенулась, завидев ее, и бросилась к запертой двери загона. Ильеста осторожно вошла внутрь и закрыла засов.

— Ты совсем похудела, моя девочка, пока я болела, — она нежно гладила тьори, и та ластилась, облизывая лицо шершавым языком.

— Теперь у нас все будет хорошо, — прошептала Иль в черное бархатное ухо, и тьори кивнула, будто понимая слова хозяйки.

* * *— Ты все сделал, как я тебе говорила? — спросила женщина, вставая с постели и набрасывая халат из дорогого золотистого шелка.

— Конечно, моя радость, — он поцеловал любовницу в плечо.