Чужая невеста для огненного дракона

Если её не казнили за отравление королевского целителя, то только потому, что она действительно была беременна. К счастью, не от Дариана. Нашёлся и отец, который сразу после рождения дочери заявил на неё права. И это самое страшное – лишиться своего ребёнка. Наверное, я так остро это воспринимаю, потому что сама мать.

– Эй, сестрёнка, ты чего загрустила? – Крис обнимает меня. – Она заслужила эту участь.

– Понимаю, – бормочу я. – В любом случае это лучше того, что случилось с Маурой.

– Ну да, та, по крайней мере, никого не убила и была скорее пешкой.

Быстро иду знакомыми коридорами. Страх перед выпускным экзаменом растворился. После разговора с братом пришло осознание, что все наши мелкие проблемы и переживания ничтожны по сравнению с тем, во что некоторые люди умудряются превратить свою жизнь.

Вспоминаю ещё и Асмунда.

Советники, стараясь выслужиться перед новым Владыкой, в один голос требовали смертной казни для моего бывшего жениха.

Дариан был зол на Асмунда из-за меня. Смягчило его сердце то, что сам Асмунд не знал обо всех намерениях своего отца, в том числе и о том, что мне грозит смерть. Это оказалось правдой. Аргус сам допросил дракона Асмунда. К тому же мой бывший жених в момент нападения был не в себе из-за смерти своего отца, да и Дариан тогда ещё не был признан королём.

В общем, обдумав всё и успокоившись, Дариан предложил Асмунду выбор: смерть или изгнание.

Если моя мать попала в другой мир до пробуждения драконицы, то тому, кто решается переселиться в мир, где нет возможности для оборота, приходится тяжело. Нужно либо полностью подавлять голос своей второй ипостаси специальными снадобьями, либо рисковать тем, что тебя признают безумцем, слышащим потусторонние голоса.

В таком невесёлом настроении я и вошла в аудиторию.

И, как ни странно, легко ответила на все вопросы.

А всё почему? Да потому что все мои прежние желания доказать что-либо окружающему миру отступили перед осознанием, что я бесконечно счастлива.

И что в итоге? Я получила высший балл по всем аспектам. Вот только чувство собственной важности при этом не проснулось, и ощущения гордости нет.

А на выходе из аудитории меня ждёт король Драгонвэла, но что гораздо важнее – это мой любимый муж, мой истинный.