Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

И я уверена, если у них с Лександрычом все наладится, вы ее действительно полюбите.

— Так они до сих пор не… — развела руками обомлевшая бабуля.

— Неа, — мотнула я головой. — Но к этому все идет. Но! Не вмешивайтесь, ладно? Ариша не я, она на справку вряд ли адекватно будет реагировать!

— Я как лучше хочу, — вздохнула Надежда Станиславовна, аккуратно стекая с высокого стула. — Ладно, раз ты просишь, я вмешиваться не буду. А сейчас мне, пожалуй, пора. Уже поздно, а ты, наверное, устала.

Устала? Да нифига. Я вымоталась так, как никогда за сутки на работе.

На прощание бабулька меня крепко обняла и, еще раз извинившись, чинно удалилась. Вздохнув, я отключила дверной звонок на всякий случай, заперла дверь и привычно бросила ключи на тумбочку. Свалились. Нагнувшись, что б их поднять, я наткнулась взглядом на черные глаза плюшевого мишки… И не выдержав, уселась на пол.

Осторожно взяла в руки бордовую игрушку, провела пальцами по шипам на животике, и слегка нажала на нос.

— Ненавижу, — внезапно и тихо прошептала я игрушке. И это было, пожалуй, единственным проявлением моих эмоций с тех пор, как я вернулась домой. — Их обоих!

И спать пошла.

Вот так вот просто, тупо и даже не напившись.

Глава 14

Честно признаться, на следующее утро моя светлость долго думала на тему, а стоит ли вообще ехать в универ?

Уязвленное самолюбие требовало сидеть дома в пижамке и грустить, а гордость вопила о несправедливости и требовала привести себя в полный порядок и показать некоторым, что они потеряли.

В итоге победила дружба.

Надев вчерашние ажурные чулки (за неимением колготок, которые куда-то подевались), натянула широченные джинсы, майку, поверх нее накинула белоснежную толстовку.

«Я буду вместо, вместо нее, твоя невеста, честно, честная ё!».

Правда, к кому именно из парней относится мое насквозь фальшивое исполнения, я даже не берусь предсказать от слова вовсе. Скорее так, к слову пришлось.