Чертовски неправильный парень

Когда ты хорош, важно мысленно себя за это хвалить.

– Не двигайся, – быстро сказал я, когда увидел, как она потянулась открыть гребаную дверь. Странно ли, что я реально встревожился при мысли о том, что дам ей выйти самостоятельно?

Да.

Беспокоило ли меня это? Нет.

Я поспешил к двери и открыл ее, потянув Блэйк за руку чуть сильнее, чем нужно, поэтому она упала мне на грудь. А я пользовался любой возможностью прикоснуться к ней.

Маленькая уютная пекарня была спрятана в тихом уголке города. Когда мы вошли, на губах Блэйк появилась легкая улыбка, – она уловила аромат сладостей.

Блэйк оглядела стеклянную витрину. В обычное время я бы тоже смотрел на витрину, но сейчас все мое внимание было приковано к Блэйк. Кажется, наблюдение за ней было единственным, чем я занимался в последнее время.

Ее глаза бегали от одного соблазнительно выглядящего лакомства к другому. Но, казалось, чем дольше она смотрела на них, тем сильнее было ее беспокойство.

Почему она этого не видела?

Решив, что закажу, я наклонился над стеклянной стойкой и почти подпрыгнул, когда увидел, как пристально на меня смотрит продавщица, девушка-подросток."

"Немного меньше зрительного контакта, большое спасибо.

– Она будет клубничный кекс, – заявил я, уверенный в своем выборе. Это было ее любимое лакомство в детстве.

Она выгнула бровь – в глазах читалось искреннее удивление.

– А что, если я хочу что-то другое?

Игривая улыбка тронула уголки моих губ.

– Ну, ты можешь есть все, что хочешь… но у меня просто хорошее предчувствие по поводу клубничного кекса.

Сейчас самое время рассказать ей, кто я на самом деле. Не знаю, почему я еще этого не сделал.

Может быть, это был бы простой способ вернуть ее.

Но если честно, я ничего не сказал, потому что боюсь, что она забыла обо мне.

Что восемь месяцев, проведенные в детском доме, навсегда исчезли из ее памяти.

Тогда как в моей голове они застряли навсегда.

Пока что я наслаждался нашим воссоединением, и делал все, чтобы она влюбилась в сегодняшнего Ари.

– Вообще-то я правда хочу клубничный кекс, – наконец прошептала она и нахмурилась, когда сотрудница начала упаковывать его в коробку. – Раньше он был моим любимым… Я не ела его с тех пор, как… – ее слова оборвались.

– С каких пор?

Она улыбнулась, но на этот раз в ее улыбке читалась тоска и грусть.

– С тех пор, как я была маленькой девочкой.