Чертовски неправильный парень

В Блэйк всегда было это опьяняющее сочетание хрупкости и силы. Она – шедевр, лучшее, что когда-либо существовало. Теперь, когда она вернулась, я сделал целью своей жизни подарить ей улыбку. Мне хотелось заменить затравленность в ее глазах счастьем.

Блэйк смотрела в окно, и я приложил максимум усилий, чтобы не заставить ее повернуть голову в мою сторону. Она настолько была погружена в себя, что даже не подумала спросить, как я нашел ее. И хорошо, поскольку она вряд ли бы поверила, что я случайно заметил ее, проезжая по случайной улице в одном из крупнейших городов мира.

Но это все равно было лучше, чем сказать, что я ждал ее после прослушивания, потому что был настоящим одержимым ею сталкером.

Я включил какой-то трек Тейлор Свифт, чтобы разговорить Блэйк, и, конечно же, как только заиграла High Infidelity, – кстати, потрясающая песня, – Блэйк повернула голову в мою сторону.

– Я начинаю верить, что ты и правда хороший парень, – выпалила она, на ее щеках появился великолепный румянец, когда я удивленно взглянул на нее.

– Солнышко, кажется, ты близка к разгадке, – ухмыльнулся я, одарив ее улыбкой, от которой намокают все девушки.

Ее щеки стали пунцовыми.

Мне действительно казалось прекрасным то, что я, одержимый ею, последовал за ней в Лос-Анджелес, установил приложение для слежки на телефон и подбросил наркотики в машину ее парня. Все остальные вещи, которые были в мое плане на будущее, я тоже считал идеальными.

Через несколько минут мы наконец подъехали к пекарне, которую я нашел на второй день пребывания в Лос-Анджелесе, когда остро нуждался в своем традиционном полуночном брауни.

Фиалковые глаза уставились на меня с вопросом.

– Заметил, что сладкое всегда поднимает мне настроение, – поделился я, когда открывал дверцу машины.

Она задумалась: взгляд метнулся к соблазнительно лежащим на витрине угощениям.

– Только не тогда, когда зарабатываешь на жизнь тем, как выглядишь, – прошептала она с ноткой неуверенности в голосе.

Я демонстративно пробежался взглядом от кончиков пальцев на ее ногах до ангельского личика, Блэйк заерзала на его сиденье.

– Сладкое не может изменить совершенство, Блэйк. Оно только подсластит. – Застенчивая улыбка засияла на ее губах, и Блэйк внимательно посмотрела на меня, будто хотела убедиться, что я действительно хотел сказать именно это.

– Сладкое действительно звучит заманчиво, – наконец пробормотала она, и в глазах появилось что-то сильно похожее на обожание.

«Хорошая работа, Ари», – подумал я.