Чертовски неправильный парень

А от него пахло солнечным светом и сексом, и, черт… это был лучший запах на земле.

Пальцы Ари прочертили нежную дорожку вдоль линии моего подбородка.

– Конечно, солнышко, – промурлыкал он нежным голосом. – При условии, что ты позаимствуешь мою одежду, когда закончишь.

Он подмигнул мне, и я погрузилась в пучину вожделения. Мужчины, которые выглядели, как он, вели себя, как он… им должно быть запрещено подмигивать.

Ари провел меня в главную ванную комнату. Как только я переступила порог, сразу восхитилась ей.

Прямо посреди всего этого стояла огромная ванна. Она сияла, как нетронутый оазис, только и ждущий, когда кто-нибудь – то есть я, – нырнет в нее. Над ней сверкала люстра, разбивающая свет на тысячи маленьких отблесков.

Туалетный столик был сделан из полированного мрамора и украшен блестящей серебряной фурнитурой.

– Там есть один ящик, – пробормотал он, указывая на один из ящиков в туалетном столике. – Там кое-что для тебя.

Я бросила на него смущенный взгляд и выдвинула ящик. Внутри обнаружила аккуратно разложенные роскошные туалетные принадлежности – многие из них – мои любимые бренды, те, которые я не покупала сейчас, пытаясь не тратить деньги Шепфилдов.

– Эм, Ари, это шкафчик для девушек, которых ты приглашаешь в гости? – тихо спросила я, внезапно почувствовав себя грязно и мерзко.

– Нет! – практически закричал он. – Я купил… ну, моя домработница купила это… для тебя. Больше ни для кого. Никого… никого здесь не было, кроме тебя.

– О, – я покраснела. – В таком случае, спасибо, – я была смущена собственной реакцией, но он, казалось, был больше обеспокоен этим, чем раздражен.

Ари чмокнул меня в губы.

– В этот раз я оставлю тебя здесь одну… но просто знай, что в следующий раз присоединюсь, – хрипло сказал он, прежде чем буквально бегом покинуть комнату, пробормотав что-то о необходимости «уйти сейчас, пока может».

Сделав глубокий вдох, я разделась и встала под душ. Горячая вода ласкала кожу, стекала нежным дождем-каскадом. Аромат геля для душа окутал меня, как едва уловимое напоминание о присутствии Ари, от которого внутри становилось тепло.