Честь горца

Она сидела в садике рядом с кухней. Две недели он обхаживал ее, и она не отвергала ухаживаний. На следующее утро после той катастрофической встречи с родственниками он усадил ее рядом и заставил выслушать все, начиная с того, как уверил себя, что влюбился в Малди, и почему бросил Донкойл, несмотря на сопротивление родни. Он откровенно рассказал, сколько сомнений пережил, когда почувствовал, что его влечет к Жизели, и почему его с такой непреклонностью тянуло встать на ее защиту. Он попросил прощения, что не признался во всем раньше.

В конце концов ей стала понятна его нерешительность, которая длилась до того момента, пока он снова не увидел Малди в первый раз после семи лет.

Однако всю первую неделю она заставляла себя демонстрировать отчужденность. Ей не хотелось, чтобы желание довериться ему сбило ее с толку, вновь заставило поверить и чтобы потом все снова закончилось обидой. Ухаживая, он был очень серьезен, обходителен и внимателен, поэтому она потихоньку начала сдаваться. Разве мужчина, который прикладывает столько сил, чтобы завоевать ее, может быть к ней безразличным?

Найджел окружил ее заботой, твердил, как он восхищается ею, но никогда не говорил о любви.

Несколько сорванных нежных поцелуев подсказали ей, что страсть никуда не делась, что она по-прежнему сильна. Но теперь этого было недостаточно. Пережитое страдание помогло понять, что она не сможет быть просто любовницей или остаться в его памяти сладким воспоминанием. Ей этого было мало. Она хотела, чтобы ее любили, взяли замуж. Она хотела иметь детей и все остальное, как полагается. Ей не хотелось превращаться в воспоминание. Она намеревалась стать его жизнью.

– Вижу, вышла порадоваться солнышку. – Найджел уселся рядом на низкую каменную скамью.

– Я быстро поняла, что ты был прав. В этой стране бывает не так много солнечных дней, так что нужно успеть попользоваться, если они вдруг выдались.

Он обнял ее за плечи рукой и нежно поцеловал в щеку. Взяв у нее из рук кусок ткани, рассмотрел его.

– Вышиваешь?

– Почему ты так удивлен? Ведь всех женщин учат обращаться с иглой.

– Не ощетинивайся. Я не сказал ничего обидного. Мне, кажется, привычнее видеть тебя с мечом в руке.

Она улыбнулась и кивнула.

– Я уже скучаю по нашим занятиям.

– Нам ничего не мешает продолжить их.

– Еще не время, – промурлыкала она. – Пусть ваши люди побольше привыкнут ко мне.

Найджел рассмеялся, но ничего не сказал. Ему не терпелось поговорить о женитьбе, но он понимал: время не подошло.