Бывшая жена. Счастлива без меня? (СИ)

Точнее, она думает, что я на нуле, не догадываясь о том, что у меня

припасена приличная сумма на наше с ней будущее.

После ужина я снова поднимаю с ней вопрос, который не дает мне покоя.

— Мне не нравится, что в нашем доме находятся посторонние люди. Зачем

нам домработница? Посуду моет машина, полы — робот-пылесос, стирает

тоже машина. А еду можно из ресторана заказать.

— Милый, — Анжела встает на носочки и обвивает руки вокруг моей шеи, —

во всех приличных домах есть домработницы, — целует в губы.

очередь это говорит о статусе семьи, — снова целует. — А ты у меня очень

важная персона, поэтому у тебя должно быть все самое лучшее.

Прижимается к груди и на выдохе протягивает:

— Я всего лишь забочусь о тебе, любимый. На днях к нам на ужин придут

твои деловые партнеры, так вот пусть они знают, что в твоем доме есть люди, которые отвечают за порядок и готовку. Это по статуту положено.

Затем резко хватает с комода свою лаковую сумку и машет рукой.

— Все, я убежала в благотворительный фонд.

Анжела не сидит без дела: то помогает детским домам, то

благотворительным фондам, то приютам для животных. И как только ее на

всех хватает?

Вхожу в свой домашний рабочий кабинет, сажусь за стол и отвечаю на звонок.

— Слушаю!

— Кирилл Родионович, завтра к вам направят мастера, он посмотрит, что

случилось с камерами видеонаблюдения. В одиннадцать удобно будет?

— Да, у меня как раз выходной.

— Отлично, тогда до завтра.

Камеры уже больше месяца назад вышли из строя, а у меня только сейчас

дошли до них руки.

Анжела предлагает забить на это, но я с ней категорически не согласен.

Считаю, что дом обязательно должен находиться под наблюдением.

— Нужно найти гарантийный талон на камеры, — вспоминаю я и медленно

ковыляю в спальню.

Один за другим выдвигаю ящики комода, роюсь в бумагах, наконец, нахожу

стопку гарантийников на мебель и технику, достаю их, едва успеваю отойти в

сторону, как комод с открытыми ящиками падает в миллиметре от моей

больной ноги.

— Черт! — цежу сквозь зубы. — Давно пора прикрепить его к стене.

Этот комод вечно падает, когда в нем одновременно открыты все ящики, но я

постоянно про это забываю.

Кое-как сажусь на пол, собираю все, что вылетело из комода, и задерживаю

взгляд на сумке из крокодиловой кожи, размером с косметичку.

Что она делает посреди барахла, до которого давно нет никому дела?

Сначала думаю: это, наверное, забыла Маша.