Буря (СИ)

За порядком следит сестра Айрина, главная над слугами. На моих землях – дом, цеха производства и поселок рабочих. Раз умеешь лечить – я дам тебе место, в котором ты сможешь делать свою работу. Скажешь, что за травы и вещества тебе необходимы, и я все достану. Лекарей приходится звать издалека, а нужны они бывают часто – в поселке люди болеют, иногда получают травмы.

Алкид помолчал минуту и продолжил:

— Но ты должна всегда помнить, что ты – моя рабыня. Я в любой момент могу призвать тебя к себе и воспользоваться как женщиной.

Если ты попытаешься бежать, я накажу тебя. Если ты разочаруешь меня или предашь, твоя участь будет печальна. Покупая тебя, я брал лишь дикарку для утех и самой простой работы, но раз ты рагласианка, наделенная лекарским даром, твоя жизнь будет достойной. В моем доме тебя никто не тронет, кроме меня, тебе никто не будет приказывать, кроме меня, и у тебя будут свои комнаты. А чтобы помнить о своем месте, чтобы все кругом знали кто твой хозяин – будешь носить ошейник рабыни с моим именем и серьгу в ухе, по которой каждый узнает, что ты моя. И то, и другое ты не сможешь снять сама – эти вещи придется заклепать. На ночь, первое время, я буду сажать тебя на цепь, чтобы потом не наказывать тебя за попытку бежать.

Девушка в отчаянии закрыла лицо руками, чтобы скрыть свой ужас и унижение.

— Еще я хочу знать, что успел сделать Норман, и была ли ты девственницей?

Сахана сжалась, ее руки, звякнув цепью, метнулись от лица к ногам, машинально поправляя плед. В прошлый раз после этого вопроса ее пытались изнасиловать, и сейчас будет то же самое, только никто уже не поможет.

— Норман спросил это, и я сказала, что девственница. И тогда он хотел сделать по-другому, чтобы не лишить меня… – Сахана запнулась не зная, как обсуждать настолько личные моменты. Она знала, как по-медицински назвать части тела, говорила эти слова тем, кого лечила, но сейчас была другая ситуация: ей пришлось сказать такое человеку, который видел, как ее обнаженную пытается по-извращенски изнасиловать его подчиненный.

Алкид лишь удовлетворенно кивнул и жадно посмотрел на нее, видимо тоже вспоминая сцену.

— Сегодня ты должна отдохнуть, – наконец, сжалился он. – Я не трону тебя, но закрою здесь, чтобы не пыталась бежать. Завтра утром я приду и сделаю с тобой все, для чего купил. Так что приготовься принять меня без слез и непокорности. В твоем распоряжении ванная – она за той дверью. И я прикажу принести тебе еще воды и еды. Дай руки, – велел он.