Будь моим талисманом

Оставив сплетни, фрейлины помогали в подготовке спектакля: вышивали, следили за порядком во время репетиций и провожали ребят из приюта до города. Последние обычно несли полные корзины вкусностей, которыми их баловала Мариса. Тем не менее дел все равно оставалось много. А когда было решено поставить спектакль на площади, пришлось сооружать сцену.

Арий, наблюдая за подготовкой и время от времени интересуясь, не нужна ли его помощь, постоянно разбирал какие-то торговые договоры с гномами. После того как супруга Тория родила мальчика, подгорный народ почему-то стал к нам особо благоволить.

Видимо, разрешение переночевать в шатре произвело на них сильное впечатление. Двое гномов даже попытались научить меня стрелять из лука. Упорное оружие никак не давалось. Только силы отнимало так, что я шевелиться не могла.

Арий в последние дни приходил на плац, когда я заканчивала заниматься, и на руках относил в замок. Драконы сначала косились, а потом, когда к моим тренировкам решили присоединиться фрейлины во главе с леди Элоизой, стали приглядываться, и… Сдается, я так скоро лишусь всей свиты по одной-единственной причине: выйдут замуж.

Арий, к слову сказать, не препятствовал своей охране ухаживать за девушками и помогать им с тренировками, хотя иногда ворчал, что у нас тут рассадник любви.

Обычно в такой момент я, сидевшая у него на руках, грязная и растрепанная после занятий с Фрамом, ласково целовала моего дракона. Ворчание прекращалось, пока мы не оказывались в покоях. В них Арий готовил ванну, раздевал меня, лечил ссадины и синяки… Своеобразная традиция.

Ритуал. Первое время я стеснялась, а потом все ушло. Просто Арий вел себя сдержанно, словно боялся сорваться. И ничего, кроме невинных поцелуев, не позволял.

Дар упорно пытался ухаживать за Арисой. Так упорно, что я начала бояться за сад: розам грозило полное исчезновение. Экономка на знаки внимания советника не обращала внимания. Я видела, что она тоскует, но как убедить в любви женщину, уверенную, что ее не любят, не понимала.

Да и Дар тоже хорош. Никогда бы не подумала, что эта ехидна может так неуклюже признаваться в любви. Вот зачем говорить Арисе, что у нее щеки красные как свекла, вместо слов «красивый румянец»? А уж эти его серенады под окнами возлюбленной! Да весь замок не знал, куда спрятаться. У советника был великий музыкальный талант – ни слуха, ни голоса. И когда Арий, решив, что я завидую экономке, предложил спеть для меня, я вздрогнула, доведя мужа до смеха.