Бухгалтер Его Величества

Но раз те самые простые люди, ради которых старались и я, и граф Помпиду, и сам Рейнар, оказались не в состоянии их оценить, то пусть почувствуют на своих шкурах, какой окажется французская власть.

– Конечно, ваше величество, вы можете сражаться до конца, – герцогиня уже не в силах стоять на ногах, и месье Амбуаз помогает ей добраться до кресла, – но это только приведет к кровопролитью. Патрис – ужасный человек, но я надеюсь, что на этот раз он сдержит свое слово.

Она едва успевает договорить, как дверь зала снова распахивается, только теперь на пороге появляется не секретарь или церемониймейстер, а истекающий кровью мужчина.

– Мятежники во дворце, ваше величество!

– Как такое возможно, капитан? – только пульсирующая на виске жилка выдает волнение короля. – Они штурмовали парадный вход?

– Никак нет, ваше величество, – облизав пересохшие губы, отвечает тот. – Они прошли через потайной ход – тот самый, который идет от улицы Пансионерок.

Мы все смотрим на Клэр, лицо которой уже белее кружев на вороте ее платья."

"– Патрис настоял, чтобы я шла не одна. Он боялся, что солдаты его величества могут причинить мне вред. Мы условились, что они пройдут со мной по подвалу, а потом останутся в комнате охраны. Я знала, что дальше этой комнаты их не пустят.

– Убиты все пятеро, – сообщил офицер. – Должно быть, герцог отправил с супругой своих самых отчаянных и умелых людей. А охрана недооценила их опасность.

Герцогиня вскакивает с кресла, плачет:

– Ваше величество! Рейнар! Я ни о чём не знала, клянусь! Наверно, я должна была заподозрить что-то, когда Патрис предложил мне поехать во дворец, но это так соответствовало моим собственным чаяниям, что я отбросила все сомнения.

Мне хочется отхлестать ее по щекам за то, что она уже в который раз подвергает опасности членов королевской семьи. Но я понимаю – в том, что случилось, виновата не она одна.