Будь моей

— Я не знала, что мы уже в деревне, — примиряюще пробормотала Александра.

Граф ничего не ответил, что само по себе говорило о многом, и продолжал в упор смотреть на нее.

Лазарь попытался скрыть усмешку, но, заметив, что эскорт тоже усмехается, улыбнулся во весь рот, и румянец на щеках Александры запылал ярче.

Лазарь прочистил горло, чтобы привлечь внимание Василия:

— Так где же лошади?

— Заперты.

— Но не надолго, — прибавила Александра. — Вы пятеро…

— Прекрати, Алин, — перебил Василий: судя по всему, его терпению пришел конец.

 — Возможно, ты еще полна сил, но я уже при последнем издыхании.

— Выходит, так, — бросила она, не скрывая отвращения.

Мрачный взгляд Василия должен был бы сразить ее, но она удержалась в седле — только вздернула подбородок и сердито оглянулась назад, но граф слишком озяб, чтобы тратить время на такие поединки.

Он тяжело вздохнул:

— Возможно, что Павел достаточно пьян, чтобы заметить, что нас немного, но все же, вероятно, не настолько, чтобы проявить благоразумие и снизить цену.

А если ты воображаешь, что я заплачу за лошадей, сколько он запросил, ты не в своем уме.

Александре тоже не хотелось бы, чтобы он заплатил слишком много, потому что тогда она осталась бы у него в долгу.

— А сколько это будет стоить, по-твоему?

— Господи, спрячь свои коготки, киска. Кардиния, да будет тебе известно, одна из богатейших стран Европы, и в первую очередь мы пускаем в дело деньги, а потом уж оружие.

Но торги еще не окончены. Вернемся утром, когда они проспятся и обретут способность соображать.

— А если не получится? — продолжала она упорствовать.

— Неужели ты не рада, что твои «детки» проведут спокойную ночь в теплой славной конюшне, и хочешь подвергнуть их ярости стихии? Конечно, со стороны графа было гнусно сыграть на еелюбви к лошадям, но он продолжал:

— Мы можемдобраться до королевских охотничьих угодий к зав-трашнему вечеру, и тогда у нас будет надежный кров.

Это последняя ночь, которую мы проводим в горах, и, кажется, ты сама говорила, что она самая холодная на твоей памяти. А насколько нам известно, буря может еще возобновиться до утра.

Из его речи Алин уловила одно — где-то поблизости его кузен имеет земли. И как никто не заметил в темноте ее румянца, точно так же и сейчас никто не заметил, как она внезапно побледнела.

— Так мы почти в Кардинии? — прошептала Александра.