Бриллиант мутной воды

Есть у нас заказчики, которые могут пойти к начальству и скандал поднять. Пусть на нее клиенты жалуются, а не я. Дружба дружбой, а табачок, знаете ли, врозь! Только она больше не появлялась. Похоже, и не собиралась работать переводчицей. Поэтому, естественно, ваш заказ возьмем, но отдать его Быстровой не могу. Кстати, ею милиция интересовалась!

– Да ну?

Нинель Григорьевна кивнула:

– Приходил молодой человек, просто ребенок, я даже сначала не поверила, что он в органах служит.

Но паренек показал удостоверение и принялся расспрашивать Нинель.

Нинель Игоревна выложила правду. Девушку тут никто не знает, она была в «Птице Говорун» всего один раз, когда оформлялась на работу, с тех пор о ней ни слуху ни духу, очевидно, деньги не нужны, просто требовалось куда-то положить трудовую книжку, так иногда делают, чтобы стаж не терять. Юный милиционер ушел ни с чем. Правда, Нинель Игоревна посоветовала пареньку:

– А вы загляните на ее прежнее место работы, там небось девушку лучше знают.

Я фальшиво возмутился:

– Встречаются же такие лживые особы!

– Сейчас вся молодежь такая, – отмахнулась Нинель Игоревна, – ничего в голове нет, одна дырка. Мы были другими, ответственными, понимали, что нужно упорно трудиться, а эти! На уме только компьютерные игрушки!

– Но Беата вроде не девочка, – педалировал я тему.

Нинель Игоревна скривилась:

– Ну да, паспортный возраст солидный, а по уму пятнадцати не дашь.

Я вздернул брови вверх:

– Что же?

– До того как прийти к нам, Беата преподавала язык в школе.

– В какой?

– Самой обычной, районной. Погодите-ка.

Нинель Игоревна пощелкала компьютером.

– Вот, общеобразовательная, номер две тысячи двести семь. Я еще подумала: «Господи, куда мы катимся, если эта особа воспитанием детей занималась».

– Она произвела на вас такое отрицательное впечатление?

Нинель Игоревна покраснела:

– Уж извините, сначала я приняла ее за проститутку, у нас случаются такие клиентки.