Большие планы маэстрины

Получалось не очень, но ее это не останавливало.

Она уже сидела иногда, периодически заваливалась, но все равно старалась. И медленно ползала понемножечку на пузике. Порой задом, это ей почему-то было легче.

— Вы ей не поможете? — поднял брови ректор, проследив направление моего взгляда.

— Нет, конечно. Пусть тренируется, развивается.

— Почему вы ее так странно одеваете?

— А как надо?

— Платья… Сорочки… Она же девочка.

— А ползать ей как в платьях и сорочках? — поинтересовалась я.

Ректор улыбнулся, но тут же спрятал это за чашкой.

Хотя я не понимаю, что в этом смешного. Реально же — ну как можно ползти детенышу, одетому в платьишко? Тут и в комбинезончике — тот еще спорт и преодоление. А в подоле, который будет задираться и путаться? Ну уж нет, мы прекрасно существуем в тех земных фасонах с отдельными штанинами и рукавами, которые мне шьют на заказ по эскизам.

Магистр отпил кофе и произнес:

— Вы не представляете, как я рад, что мои дикие догадки подтвердились. Я-то подумывал, что просто воображаю невозможное.

Но вот вы сидите тут, самая настоящая, живая иномирянка.

— Ничего подобного. Я жительница Оди́мена, гражданка Иза́ра, выпускница академии магии в Зеру́ко, — решила я снова пойти в отказ и обозначить нынешний статус.

— Да-да, маэстрина. — Артур поставил чашку на стол, подался вперед и жадно спросил: — Расскажете? Не сейчас, но постепенно… Если бы вы только знали, Мария, сколько у меня вопросов, как мне хочется узнать все… А как ваша фамилия?

Я хмыкнула и ответила:

— Вот об этом я и говорила.

Магистр, я Мариэлла Монкар. И если изменить ничего нельзя, то ею и останусь до самой смерти.

— Вы можете сменить фамилию, если выйдете замуж, — отмахнулся он от остальной части фразы.

— Вот это вряд ли. Не при данных обстоятельствах, — выразительно указала я глазами на сопящую Софи, которая уже добралась до центра комнаты.

— Это, определенно, удар по репутации. Но остановит далеко не всех. Вы в курсе, что кое-кто из пятикурсников собирается сделать вам предложение руки и сердца после окончания учебного года и выпускных экзаменов?

— Что? — растерянно моргнула я.

— Да, — абсолютно серьезно кивнул магистр. — Вы молоды, красивы, умны, необычны. Яркая личность, которая зажигает окружающих. Естественно, что вы заставили биться чаще не одно сердце.

— Это нехорошо, — покачала я головой. — Мне совсем не нужны ухаживания или замужество. Я не давала ни малейшего повода для подобных мыслей в свой адрес ни студентам, ни преподавателям.

— Знаю. Все знают.