Болевой порог. Вторая чеченская война

– У меня проще всё, я ведь казак потомственный! – сказал не без гордости Истомин, глядя на голубое небо. – Так сказать, по зову сердца здесь. И в станице моей нет ни блатных, ни ментовских. Мы сами за порядком следим, а непонятливых можем и нагайкой приголубить. У нас сельское хозяйство, лошади, куры, свиньи, бахча и зерновые. Хотя середина девяностых тоже неспокойной была, но ничего, отбились.

– Я бы этот контингент вместе с их непонятными понятиями всех сюда загнал, а не этих вот школьников, – резко закончил разговор Юра, спускаясь по глиняным ступеням в блиндаж.

В блиндажах контрактников чувствовался уют и рука семейного человека. Вместо обычной банки с соляркой, которую использовали для освещения, у них имелась настоящая масляная лампа. Автоматы не валялись у изголовья, как привыкли срочники, а стояли в сколоченных наспех пирамидках. Боеприпасы лежали ближе к оружию, выход не загроможден и свободен на случай внезапного нападения. На стене красовался старенький ковёр, который они нашли на зачистке в брошенной хате.

Обмундирование и личные вещи в пехотных мешках. В глиняную стену у выхода вдавлено небольшое зеркало, что само по себе было редкостью в полевых условиях. Крыша блиндажа исполнена в три настила, укрыта плащ-палатками и присыпана песком.

– Что-то ты злой сегодня, – заметил Булат, глядя на то, как резко скидывает с себя бушлат Соломин.

– А чего веселиться-то? Жена пишет, что в доме мёрзнут. На дрова денег нет, всё на продукты для детишек. Как, мол, мы без тебя три месяца?

– А зачем отпустила, раз без тебя никак? – латая небольшую дырку в тельняшке, спросил Булат.

– Да не отпускал меня никто. Сам я. Живой останусь, спасибо скажет.

– Конечно, скажет, – перекусывая зубами нитку, сказал Булат, – за это время почти целую сотню заработаем, я свадьбу полюдски отпраздную, вас всех приглашу.

Булат служил честно и был на хорошем счету у командиров. Его основная задача была перевестись в бригаду десанта нашей дивизии. На вид ему было около двадцати пяти, смуглый, худощавый, со спокойным задумчивым лицом.

Позже выяснилось, что он прошёл первую чеченскую и был кавалером ордена Мужества. Его брат служил у наших соседей-десантников. Дома, получив письмо, Булат узнал, что брат попал на боевые. Тогда он заключил контракт и поставил для себя цель попасть в бригаду брата. Офицеры подбадривали Булата тем, что, возможно, братья встретятся прямо на площади Минутка. А он просто молча улыбался в ответ.