Болевой порог. Вторая чеченская война

В сумерках оно напоминает густой хвойный лес и не просматривается. В этой ситуации спасает «ночник», и наблюдатель, лежащий на крыше.

– Устал я сегодня, – сказал Скачков, присев на корточки. – Воды погреть нужно да рожи умыть, а то одни зубы блестят.

– Согласен, – ответил сержант, – весёлый день был, однако. Завтра ещё веселее будет. Макей говорит, что кладбище чистить нужно, а то «чехи» покоя не дадут. Частный сектор только наполовину чист, и то не факт. Всё ведь не зачистишь. Каждый чердак, каждый погреб, соседи нам не нужны.

– Вот бы нас к наградам представили, – добавил мечтательно Титов.

– За священника, что ли?

– Ага!

– Ты скажи спасибо, что обратно добрались без приключений на задницу. Это уже награда. Большего мне и не нужно. – сказал, медленно поднимаясь с земли, Саня. – Хотя «За отвагу» не помешала бы! Мне её планка нравится.

Сон бойцов был спокойным. Кто бы мог подумать, что далёкие залпы артиллерии будут действовать на солдат лучше снотворного. В блиндаже на печке-буржуйке грелся чайник.

Солдат разжился заваркой и заварил крепкий и вязкий чифирь. Пацаны пили его маленькими глотками и уходили на дежурство. Когда глаза привыкали к темноте, приходилось изучать особенности местности. Подмечать слабые места обороны и безопасные отходы. Макеев долго не спал и обходил караулы. «Секреты» расположили по флангам, чуть дальше от основной линии взвода. На окраине кладбища поставили «сигналки» и растяжки, сколько успели. Работы впереди много. После зачистки обещали сапёров. Нужно обследовать дороги, особенно овраги, повороты и перекрёстки, места расположения столбов электропередачи.

Тьма непроглядная, лишь на короткое время освещаемая осветительными ракетами. В этот самый момент стараешься вглядеться в неё и увидеть пригнувшиеся силуэты врага. Мозг работает в эти минуты как у писателя-фантаста, вырисовывая фрагменты неравного боя и героический подрыв гранатой в окружении противника. Потом ты понимаешь, что такой конец тебя не устраивает, и переигрываешь ситуацию в нашу пользу.

Представляешь, как подошва твоего «кирзача» лежит на лице поверженного врага, желательно бригадного генерала, и ты прикуриваешь сигарету, позируя для газеты «Красная Звезда». Сигарета обязательно должна быть с фильтром, американской марки. Твоя рука с зажигалкой перебинтована, но ранение несерьёзное, и кость не задета. Ты прокручиваешь всё это в голове много раз, приукрашая и дополняя, пока история не заканчивается звездой Героя и улыбающимся лицом президента.