Безумная кепка Мономаха

Они перестают замечать, как прекрасна жизнь!

– Верно, – согласился Алексей. – Все вы правильно говорите, но дело в том, что Елена в последнее время просто сумасшедшей стала. Позавчера принесла домой упаковок двадцать лекарств, не меньше, – и говорит: «Вот начну пить – и точно не заболею».

– Сочувствую вам, с такой соседкой трудно!

– И не говорите, – пригорюнился Алексей, – у нее вся зарплата на таблетки уходит. Еле-еле уговорил ее их не принимать, оставил лишь витамины. Елена вроде согласилась.

Но я же хорошо знаю, что онкологические препараты дороги, вот и надумал вернуть Елене деньги. Собственно, уже вернул, сказав, что отнес лекарства назад в аптеку. Только я и сам небогат, потому решил все же попробовать возместить потраченное. Да вы гляньте, – уговаривал он сейчас Алису, – упаковки запечатаны, их никто не открывал.

– Хорошее средство, очень кому-то нужное, – вздохнула Алиса. – Но не могу его принять. Даже не просите.

– Ладно, – грустно кивнул Алексей, – если честно, уже в пятую аптеку заглядываю, и везде отказывают.

– Подождите! – воскликнула Алиса. – У меня есть одна постоянная клиентка, Лика Смирнова. У нее больна мама, женщины нуждаются, многого себе позволить не могут… Подарите их бедному человеку, – предложила Алиса, – Фемара там кстати придется, молиться за вас станут. Я вижу, что оригинальная упаковка не нарушена и чек в пакете лежит, но на реализацию взять не могу, а Смирнова была бы счастлива. Так как? Только вам придется ей лично все передать.

– Конечно, конечно, – закивал Алексей, – всегда приятно доброе дело сделать.

– Сейчас позвоню, – обрадовалась Алиса, – Лика мигом примчится.

– Я на работу тороплюсь, – сказал Алексей, – а вечером загляну, около девяти, пусть ваша знакомая в это время придет.

Ровно в 21.00 Кононов снова возник у прилавка. Лика, которая пришла заранее, бросилась благодарить доброго самаритянина. Когда Смирнова, пообещав поставить в церкви свечу за здоровье Алексея, прижимая к груди упаковки с Фемарой, убежала к больной маме, Кононов вдруг спросил у Алисы:

– Вы уже свободны? Пойдемте в кино…

Через пару недель Алиса не могла понять, как она раньше жила без Леши.

Кононов оказался человеком простым, рукастым, ловко управлялся с бытовыми трудностями. Теперь у Палкиных в ванной не капал кран, утюг исправно грелся, телевизор бойко переключался с канала на канал, в туалете больше не рычал бачок.