Букет для будущей вдовы

- Алиска, ну уж сказала ""а"", говори и ""б""!

- Да ничего я тебе ещё не сказала! Ты же мне не говоришь, все тайны какие-то, тайны...

- Но это касается Анатолия Львовича?

- В том-то и дело, что не касается! И тоже подозрительно и, якобы, убедительно.

- Знаешь, что, - теперь уже разнервничалась я, - не хочешь говорить не говори! Пусть милиция твои ""убедительные"" версии выслушивает. Я так понимаю, что помощи мне от тебя не дождаться...

- Да погоди ты! - Алиса досадливо наморщила нос. - Сядь. Куда ты ломишься? Просто, может быть, твоя версия и то, что мне рассказали - это как-то пересекается.

По коридору процокали чьи-то каблучки. Она встала и плотнее прикрыла дверь. В комнате словно вдруг стало темнее.

- Короче, так, - я перекинула свой куцый ""хвостик"" через плечо и затеребила кончики волос, - я тебе расскажу, что к чему, но если после этого ты откажешься мне помочь, то будешь просто свиньей!

- Чтоб мне на мясокомбинате сгинуть! - поклялась Алиса, и я начала рассказывать.

Когда мое недолгое и какое-то путанное повествование подошло к финалу, она уже обдирала алый лак на четвертом ногте. Лицо у моей бывшей соседки было странно сосредоточенным, глаза пустыми.

- Ну вот что! - несколькими резкими движениями она стряхнула крошки сухого лака с пальцев и поднялась, запахнув халат. - Я хочу, чтобы все это ты услышала от нее. А то ещё скажешь, что я что-то придумываю.

- Да от кого, от ""нее""-то? - начала было я.

Но Алиса уже вышла из комнаты, аккуратно притворив за собою дверь.

Вернулась она минут через пять в компании Виктории Павловны. Та казалась испуганной и ужасно взволнованной и от этого ещё сильнее чем обычно шаркала ногами в коричневых кожаных шлепках.

- Здравствуйте, Женечка! Ой, девочки, да что же это? - запричитала она, грузно опускаясь на стул.

- Вот вы ей расскажите ""что же это""! - бывшая соседка ткнула в меня своим тонким указательным пальцем.

Виктория Павловна неловко замялась, разглядывая свои полные колени, обтянутые синими трикотажными спортивными брюками. Алиса же соизволила объяснить:

- Она ко мне вчера пришла. Мучилась-мучилась, потом решила кому-нибудь душу излить... На невинного человека милицию натравить, конечно, страшно, но то, что этот самый человек ночью придет и молотком по голове огреет, ещё страшнее.