Букет для будущей вдовы

Еще в одном номере была молодая женщина, но это был номер на двоих - она жила с соседкой... А одноместная палата была пустая - открытая, но пустая... И эта женщина - у Анатолия Львовича в кабинете...

Я, повернувшись к Митрошкину, сделала ""круглые глаза"", но он то ли был слишком зол, то ли глаза показались ему слишком уж наиграно ""круглыми"" - в общем, Леха зыркнул на меня так, что я предпочла поспешно отвернуться к окну.

- ... И когда Анатолий Львович вышел из зала, я сразу поняла, что он пошел к ней. Я немного подождала и тоже пошла.

А когда забежала в коридор профилактория, то увидела как закрывается дверь её палаты и ещё - белый халат.

- А что, ваш супруг встречал Рождество в белом халате?

- Нет, - Елизавета Васильевна снова замялась, - но он, наверняка, должен был зайти к Девяткину хотя бы ради конспирации. И вполне мог там одеться... Дальше рассказывать?

- Нет! Оборвать на самом интересном месте. Как в сериале! - ""рейнджер"" швырнул расческу на место. - Хватит уже мелодрамы. Ближе к делу можно?"

"- Да.

Конечно... В общем, я подошла к двери, поняла, что он там с ней, и я не хотела... То есть, я хотела, чтобы он понял, что я - тоже не одна. Как будто я воспользовалась тем, что он ушел, и тоже побежала к любовнику... Я хотела, чтобы он слышал, я знала, что он слышит... И я знала, что он не выйдет, потому что не сможет объяснить, что делает ночью в палате этой женщины.

- Я жила как раз в двухместном седьмом номере, - угрюмо вставила я. И супруг мне ваш нужен, как собаке - пятая нога!

Теперь уже на меня зыркнул Селиверстов, невнятно пробормотав что-то вроде: ""Да закроет кто-нибудь рот этой ненормальной?"" Отлепился от стены, требовательно, но не грубо взял Елизавету Васильевну под локоть и повел из кабинета:

- Сейчас вы мне покажете, под дверью какой палаты стояли.

Если помните, конечно... А если не помните, то постараетесь вспомнить!

Она покорно кивала, и светловолосая её голова моталась безвольно и жалко, как у старушонки. Но, оказавшись за порогом, Елизавета Васильевна оживилась.

- Да. Я очень хорошо помню. Стенная ниша, а напротив - палата. Чуть левее. Вон та дверь!

Я тоже отбежала от стола и высунулась из-за косяка, и увидела то же, что видела в данный момент она: четкую девятку, отливающую тусклой бронзой на деревянной панели.

- Так это что ли?.. Это ведь девятый номер!.. Это ведь в девятом номере убили женщину?! - краснота окончательно сошла с лица жены Шайдюка, уступив место смертельной бледности.