Бесценная

И только от твоего решения зависит, кто тебя там будет ждать: посланники императора, которые помогут вернуться на Землю, или теркхаи магистра Тадартиса. Если я не ошибаюсь, это именно он заплатил Сингху за твое похищение и жаждет получить свой «товар».

– Вы… вы совершаете ошибку… – пробормотала Марина, с трудом сдерживаясь, чтобы не сбросить его руки и не вырваться из ледяной хватки. – Сингх вас не простит!

Несколько секунд Ги молчал, разглядывая землянку. Она была лакомым кусочком со всеми своими всплесками эмоций, которые как не пыталась, не могла скрыть.

Но наличие амуэ все меняло.

Ги чувствовал ауру сына, окружившую девушку плотной стеной. И еще кое-что. Нечто более важное, чем эта землянка, но неразрывно связанное с ней.

Пока.

– Пусть это тебя не тревожит. Ешь, – приказал он, желая выиграть время.

Марина начала ковыряться в тарелке.

Не выдержав, она отложила серебряный дэк и посмотрела на Ги.

– Я хочу встретиться с ним.

– Что? – амон склонил голову к плечу, делая вид, что не понял.

– Я хочу встретиться с Сингхом, – повторила Марина ровным тоном. И через силу добавила: – Пожалуйста. Я прошу.

Глава 27

Он мог отказать. Мог использовать эту наивную храбрую девочку в своих целях. И, в принципе, собирался это сделать.

Но в последний момент передумал.

Решил, что она может послужить его цели гораздо лучше, если сейчас он уступит ей.

Она хочет встретиться с Сингхом?

Что ж, он предоставит ей такую возможность. Но не сейчас. Нужно время, чтобы его непокорный сын дошел до точки кипения, за которой нет ничего, кроме пылающей пустоты.

Ги Диз Раенг умел добиваться своего. Когда-то он сплоховал, не смог удержать сына, позволил тому вырваться из-под опеки и зажить своей жизнью.

Но теперь с этим покончено. Наследник Омикрона вернется туда, где ему положено быть, и примет свою судьбу так, как до него это сделал его отец, его дед и все прочие предки.

А девочка…

Что ж, девочка была бы весьма полезна, окажись она ниильдой или ливарри – единственной, способной подарить Омикрону нового наследника. Но она ни то, ни другое.

А жаль.

Действительно жаль.

И чужой ребенок в ее чреве подтверждает это лучше всего.

Откинувшись в кресле, Ги разглядывал девушку. Та под его пристальным взглядом давилась кусочками жареного аракса.