Беременна от босса

— Если я закрою тебя в квартире, никуда ты не пойдёшь.

— Алмазов. Ты мне надоел до чёртиков! Мне уже жаль твою будущую жену — могу пожелать ей вагон терпения.

Я подошёл к девушке. Руки чесались перекинуть через коленку негодницу и задать ей жаркую трёпку. Но нельзя, чёрт побери!

— Клуба не будет.

— Значит, и жены фиктивной у тебя тоже… не будет! — безапелляционно заявила Ева, потом кротко взглянула на меня. — Миленький, мы приедем туда вместе. Но держаться будем порознь. Ты — сам по себе, я сама по себе. Идеальный вечер! Пожалуйста…

Я не хотел соглашаться.

Я скромно назвал его «Совращение Евы». Уверен, что план сработает, как надо!

44. Ева

Находиться рядом с боссом становилось труднее день ото дня. Я ловила себя на мысли, что не просто вживаюсь в роль его невесты, но проживаю каждое из этих мгновений.

Беспокоюсь о Руслане, когда он сталкивается со сложностями и стараюсь не накалять обстановку, если вижу, что он не в духе. Поддерживаю чистоту и уют в его квартире.

Боже, Ева, вот это точно перебор. Никто не собирается приводить тебя в дом семьи Алмазовых и оценивать, хорошая ли из тебя выйдет килен. Даже слово смешное и жутко нелепое.

Поэтому я твёрдо решила, что мне срочно нужно развеяться. Хочу вспомнить, что помимо Алмазова существуют другие мужчина, иные интересы. И вообще, жизнь не стоит на месте, двигается вперёд.

В клуб мы поехали вместе. Босс выглядел потрясающе хорошо.

"Отношение Руслана ко мне — это загадка, не поддающаяся решению. Я никогда не жаловалась на сложности с математикой, мне легко давался и курс «высшей математики» в университете. Но Руслана я разгадать не могла. Хотя очень сильно хотелось.

— Разделяемся? — предложил Алмазов, едва мы переступили порог клуба.

Внезапно я почувствовала раздражение. Мы только пришли, а босс уже сканировал помещение плотоядным взглядом.

— Да! Как можно быстрее! — выпалила я.

— Постой!

Боссу пришлось наклониться ко мне, чтобы докричаться.

— Помни, Ева. Никаких мужчин. Не позорь меня!

— Руки прочь, Рус. Это может быть чревато.

— Чем же?

— Другие девушки, увидят, как ты ко мне прижимаешься — и не дадут! — съехидничала я.

Алмазов медленно отстранился, демонстративно расстегнул ещё одну пуговицу на рубашке.

— Мне даст любая в этом зале, — ухмыльнулся он.