Белое на голубом

Когда они вошли, государь Вильмор стоял у окна вполоборота, видимо до этого долго смотрел на море. Ему было уже больше восьмидесяти, но царь не выглядел развалиной. Крепкий, подтянутый, длинные седые волосы собраны в косу на затылке.

- Что ж, вид морских волн успокаивает, - вдруг подумалось Алексиору.

Все пятеро склонились перед царем и приготовились слушать, снова перебирая в памяти, за что их сейчас начнут разносить. Но то, что царь сказал, было совершенно неожиданным.

- Алексиор, наследник мой, в скором времени я собираюсь отказаться от престола.

Это прозвучало как гром среди ясного неба.

- Но почему? Что случилось? Брат... Отец?! Почему? - братом он его называл только в минуты сильнейшего волнения.

Все пятеро заволновались и зашумели.

Государь Вильмор грустно улыбнулся и ответил.

- Тише, тише, мальчики. Просто я устал, - он прошелся по кабинету, - Устал. Мне тяжело бремя власти.

Теперь они молчали. Желая услышать и понять, о чем говорит человек, которому они привыкли безгранично доверять, и который был для них, а впрочем, и для всего царства, надежней, чем каменная скала.

- Я собираюсь передать корону тебе, Алексиор.

- Нет...

Вильмор взглянул на него, слегка насмешливо выгнув бровь:

- Да, мой мальчик. Ты уже достаточно взрослый.

- Отец... брат...

- Успокойся, это произойдет не сегодня, - произнес царь и расхохотался, увидев явное облегчение на лице наследника.

- Я... я устал от одиночества, - Вильмор повернулся к столу, погладил рукой столешницу, - Моя Мелисандра покинула меня.

При этих словах он обернулся и взглянул на Алексиора.

- В скором времени я собираюсь жениться, царевич Алексиор, а через год передам власть тебе. Это, чтобы ты привык к ответственности. Этот год для того и нужен, а то я бы сделал все сегодня же.

Царевич Алексиор склонил голову, ему стало грустно.

- Отец... А ты... ты сможешь полюбить другую? Прости за глупый вопрос, - смешался юноша.

Но государь не обиделся, он ответил просто:

- Я нуждаюсь в женском тепле, и я дам ей то же тепло в ответ.