Белое на голубом

Люди боялись лишний раз нос из дому высунуть, не то что сплавать в фиорды.

- Такого, как творится сейчас, я не помню за всю свою жизнь, - говорил Джулиус, воздевая руки к небу, - Во что эта женщина превратила страну!? Все друг друга ненавидят и боятся!

***

Когда Алексиор ранним утром постучался в двери своих покоев, евнух, уже изначально недовольный тем, что его подняли в такую рань, возмущенно ворчал. А увидев на пороге непонятного, беловолосого и голубоглазого мужчину, поднял страшный шум и загородил собой двери, отказываясь пускать в покои госпожи Батшис какого-то проходимца.

- Ароис! Что с тобой? В каком ты виде? Тебе плохо?! - она метнулась к нему, заглядывая в глаза, потом повернулась к своим евнухам и ледяным тоном приказала, - Приготовьте господину ванну.

Договаривать ей не пришлось, потому что оба ее прислужника испарились. Она повернулась к Алексиору, и потянула его присесть.

- Батшис, ты даже не усомнилась, что это я?

Она пожала точеным плечиком, склонила голову и ответила:

- Господин, ты хотел, чтобы я считала тебя братом. Ты заботился обо мне.

- Но...

- А то, что ты сейчас выглядишь немного иначе... Во-первых, ты всегда и выглядел, и вел себя иначе, не так как другие, а во-вторых, твое доброе сердце от этого не изменилось. Даже стало еще больше.

- Батшис, - он был озадачен, - Ты можешь это чувствовать?

- Господин... Ароис, я эмпат. Это в моей семье свойственно всем женщинам, - она улыбнулась, - И твои эмоции прекрасно ощущаю.

- И я не кажусь тебе теперь каким-то...

Девушка не дала ему договорить:

- Купаться, есть, спать! Все разговоры потом.

Оставалось только подчиниться.

К полудню Алексиор уже был на ногах. Трех часов сна ему хватило, чтобы восстановить силы, а дальше он должен был действовать и как можно скорее. Прежде чем пойти к царице, он хотел переговорить с Ширасом.

Ширас тоже не спал долго, и появился у Алексиора сам.