Белое на голубом

- Какую-нибудь безделушку. Ничего не значащую, дешевую безделушку?

Любовничек выдохнул с облегчением и вытащил из кармана маленькую фигурку кошки на цветном шелковом шнурке, брелочек.

- Благорю, милый, а теперь иди.

Онхельма взяла его за плечи, пристально посмотрела в глаза и произнесла:

- Сейчас ты пойдешь на голубятню, - она улыбнулась, - А оттуда уже к себе.

Он так и не понял, зачем на голубятню, но тут же согласился.

Любовник ушел, минут через десять заглянула Мила.

- Государыня, ну как, Вы довольны? - шепотом поинтересовалась она.

- Да, милая, все было замечательно. Ты молодец.

Мила покраснела от удовольствия, а царица продолжила:

- Завтра получишь подарок. А сейчас можешь идти спать. И не буди меня рано, я хочу поспать подольше.

Обрадованная девица поклонилась, скрывая двусмысленную улыбку, и исчезла за дверью, царица подошла к кровати, села. Взглянула на фигурку кошки, брелок, подаренный ночным любовником, лежащий на тумбочке, потом протянула руку и одним движением смела его на пол.

В этот момент молодой мужчина, что провел ночь в ее постели, запнулся на верхних ступянях лестницы, ведущей на голубятню, и со всей этой высоты рухнул в колодец между маршами. Лестница была высокая, 444 ступени, мужчина разбился насмерть.

Государыня подошла к окну, открыла его, подставив лицо ночному ветерку, и невольно подумала, что обидно и оскорбительно покупать продажную любовь.

И вспомнился ей Алексиор. Он был с ней честен. Остался верен своей возлюбленной, а ее отверг, не побоявшись ничего, даже казни.

Онхельме стало больно. Показалось, что ее никто и никогда просто так не любил. Только за деньги, или по привороту. А о том, что Вильмор любил ее, царица даже и не вспомнила."

"Однако ей время от времени будет нужен мужчина, в конце концов, она ведь молодая женщина, у нее есть нормальные потребности. Физиология, раз уж любовь ей недоступна. Значит, у нее будут тайные любовники на одну ночь. Царица усмехнулась, разумеется, никто не станет их предупреждать о том, что за эту ночь они заплатят своей жизнью.

Закралась мысль, вдруг какой-нибудь из тайных любовников сможет ее полюбить? Мысль вертелась в голове, Онхельма пробовала ее на вкус и... Нет.

Может быть, кто-то и полюбит ее, да только она никого полюбить не сможет. Потому что, стоило ей лишь подумать о такой возможности, перед мысленным взором вставал Алексиор. И другим его заменить не удавалось.