Белое на голубом

А потом, еще раз взглянув на Алексиора, со вздохом заметил:

- И все-таки ты слишком красив для мужчины, уважаемый Ароис, - и, видя, что тот снова начинает заводиться, добавил со смехом, - Шутка, уважаемый! Прости. Никто не сомневается в тебе, друг.

- Тогда к чему эти разговоры?

- О, привыкай, белый кериб, у нашего народа есть такая чудесная черта...

- Кх-кхммм... - вставил свое слово Кемиль, - Уважаемый Ширас, вы напрасно открываете этому молодому человеку все наши тайны. И тем самым даете ему оружие против нас.

- Он мой друг, а от друга у меня нет тайн, - гордо ответствовал бандит.

- Я предупреждал, - теперь Кемиль мог считать свою совесть спокойной.

- Так что там за тайны, уважаемые? - Алексиор почуял подвох и развеселился.

- Ээээ, дело в том, что мы, магрибы*, если знаем о человеке что-то, над чем можно хоть как-то посмеяться, или просто досадить ему, будем подкалывать его, и повторять до бесконечности, пока он не взбесится. И, поверь, любой из нас непременно сделает это, даже если ему будет грозить смерть.

(- магрибы*- так именуют себя жители Магрибахарта).

- Да, уважаемый Ширас? А знаете, мне очень нравится эта ваша черта.

- В таком случае, добро пожаловать в наши ряды! - Ширас широко улыбнулся.

- Спасибо. Кстати, уважаемый Ширас, говорят, вы с какой-то целью посещали жилище главного евнуха гарема самого повелителя Магрибахарта?

Бандит действительно наведывался в дом главного евнуха, этого жирного мешка с золотом. С целью ограбления, разумеется.

Но нет худа без добра.

Потому что схваченный в постели прекрасной гурии вор был чист как стеклышко, кроме собственных спущенных шаровар, при нем ничего не было обнаружено. Получалось, вроде как и не вор вовсе, а просто любовник. А к неудачливым любовникам повелитель относился намного снисходительнее. Тем более что главный евнух давно уже действовал повелителю на нервы, вечно жаловался на его наложниц.