Белое и Черное (СИ)

Все мысли отлетают в сторону, уступая место полковничьему восхищенному взгляду в сторону маленького пищащего свертка. Малышку успели вымыть и запеленать… Только маленькое сморщенное, как у старушки личико, размером с ее кулак щлепает губами.

За окном эпично громыхнула первая гроза. Ветки рябины бьют в стекло вместе с крупными каплями дождя. Молния сверкнула, а с ней и лампы синхронно моргнули в родовой палате.

— Мамочка, приложите ребенка к груди, — ей кладут в протянутые руки новорожденную дочку.

Сергей дышит через раз, рассматривая свое творение.

— Серьезная, вся в отца, — хмыкнула Юлия и подняла к нему лицо, чтобы принять поцелуй в лоб. — Сереж, как мы ее назовем?

Они этого не обсуждали раньше.

Еще раз громыхнуло, аж стены дрогнули. Прижав малышку к себе, Юля поджала губы.

— Может, Майя? Она захотела родиться сейчас, будто сама выбрала весну, — вопросительно посмотрела на мужа, ожидая его предложения.

— Майя Сергеевна Травкина… А, что? Звучит! Ну, здравствуй, доченька… Майя, пчёлочка моя, — выставив один палец, осторожно погладил щеку уснувшей девочки.

Губы малышки сложились в самую сладенькую улыбку, аж внутри все светом залило от счастья у родителей.

Травкин отвернулся, чтобы никто не увидел, как скупая мужская слеза по кривой дорожке шрама ползет вниз. Никто и не заметил. Юля устало хлопала глазами, уткнувшись носом в белый чепчик ребенка. Медики фоном гремели своими инструментами. Убирали. Затирали. Выносили.

Сергей скомкано попрощался. Нашептал, что они скоро увидятся."

"На улице не холодно и не жарко. Пахнет свежестью после дождя.

Сергей еще раз обернулся на окно третьего этажа, где сейчас отдыхают его девочки. Он было струхнул поначалу, что дочке достанутся его вампирские уши и вытянутый череп, но обошлось. Майя похожа на свою красивую маму — самую красивую на свете женщину. Любимую.

Нужно ехать на работу.