Бассейн с крокодилами

Дальше по коридору обиталище Нюси. Оттуда не доносится ни звука. Но не успела я прокрасться на цыпочках мимо ее двери, как услышала характерное попискивание. Тоненькое, еле слышное, но довольно назойливое. Я машинально схватилась за карман. Кто это звонит в столь поздний час?

Но «Эрикссона» не оказалось под рукой. Писк прекратился, и из-за Нюсиной двери донеслось тихое:

– Алло.

Замерев, я обратилась в слух. Гостья тем временем нашептывала:

– Пока без изменений. Сообщу, как только все станет ясно. Не волнуйтесь, он у меня крепко прихвачен, ни на шаг не отпускаю.

От справедливого негодования спина у меня покрылась потом. Знаю, знаю, кто у мерзавки крепко прихвачен! Значит, Зайка не ошибалась: у Нюси и впрямь есть мобильный. Дождусь завтрашнего дня и велю ей покинуть дом. Хотя нет, домашние решили завтра устроить праздник, не стоит портить людям настроение. Ладно, потерпим до послезавтра.

Визит в казино требовал особой одежды и более яркого, чем всегда, макияжа. Женщину в джинсах и свитере просто не пустят на порог.

После не слишком долгих раздумий я вытащила из шкафа ярко-огненное платье от Готье. Очевидно, в день покупки этого прикида я внезапно временно стала дальтоником. Но для дамы, увлекающейся азартными играми, это в самый раз – дорого, кричаще и слегка вульгарно. Теперь обвесимся золотыми цепями, влезем в неудобные лодочки на высоченных шпильках…"

"Слегка покачиваясь, я добрела до зеркала. Бесстрастное стекло отразило нечто, больше всего похожее на огнетушитель. Окрыленная успехом, я нарисовала на лице жуткие кровавые губы, навела кирпичный румянец и наложила на ресницы толстый слой туши.

На посту ГАИ тоже считали ворон. Дежурный не маячил, как всегда, на повороте, а мирно читал в будочке газету. Я выехала на Волоколамское шоссе, запарковалась у большого кирпичного дома и принялась изучать справочник.

Швейцар подозрительно оглядел явившуюся без спутника даму, но, оценив машину и драгоценности, буз звука впустил внутрь. Я побродила по залам. Никто не бросался ко мне с воплем: «Люка!» Не выражали никакой радости и служащие. Бесцельно проведя в притоне разврата полчаса, я двинулась в следующий – «Метрополь».