Барон отменяет правила

Всё-таки я Следопыт, а не солдат…

— Максим, ты что, размышляешь над моим предложением⁈ — Голос Императора едва ощутимо дрогнул. Через ментальную связь я увидел его ухмыляющееся лицо. — Эх, барон… Ты продолжаешь меня удивлять! Как ни пытаюсь, всё никак не могу угадать, о чём ты думаешь, и что будешь делать дальше…

— Даже не пытайтесь, Ваше Величество! Сломаете голову, — вполне серьёзно предупредил его я. — Ну а насчёт моего участия не сомневайтесь. Буду с минуты на минуту!

— Тогда высылаю пропуск.

Я оглядел столпившихся вокруг меня гвардейцев и членов Рода.

— У меня срочный вызов от Его Величества. Вам придётся поработать без меня!

Тому, что меня вызывает сам Император, никто из моих людей не удивился. Они, кажется, начали привыкать, что я запросто общаюсь с самыми влиятельными людьми страны и мира.

И не только людьми…

— Максим, можешь спокойно заниматься своими делами! — Плотник нацепил на себя самый официальный вид, что мог.

— В этом я даже не сомневаюсь!

На самом деле, теперь всё было намного проще. Атака драконов Виктории закончилась, не успев толком развиться. Ящеры были либо убиты либо лишены сил и заточены в надёжные клетки.

Кое-где ещё раздавались взрывы и звуки боя. Это гвардейцы Императора добивали уцелевших бойцов Мин Тао.

По энергетической вибрации было ясно — бой подходит к концу.

Они проиграли, и всё, что нам оставалось, — это зачистить уцелевшие группы противника.

Не сомневаюсь — с этой задачей мои люди справятся на отлично!

Не тратя времени, я направился ко дворцу Императора. Из сопровождения со мной были только питомцы. Черепах бежал рядом, а Кыш, расправив крылья, парил над головой.

Разумеется, наша пёстрая компания привлекала внимание даже в охваченном хаосом городе. Спешащие по своим делам люди останавливались и приветливо махали мне вслед.

— Ваше Благородие, спасибо за помощь! Здорово вы этим драконам напихали!

— Мой брат служит на «Непобедимом»! Он просил передать вам благодарность. Вы спасли ему жизнь!

Крики раздавались со всех сторон. Я улыбался и кивал, но внутри был порядком смущён.