Жрец Хаоса. Книга IV

Несколько подорожает само устройство, однако же и длительность его работы тоже увеличится. Скажем так, Светловы достаточно долго продавали дворцу артефакты с меньшими сроками службы именно для того, чтобы иметь большие заказы. Мы же будем делать гораздо более долговечные устройства, но и более дорогие. Только исходя из этого, дворец получит выгоду где-то процентов пятнадцать на закупке в год. Мы же за год в общей сложности получим прибыль на двадцать процентов выше от той, что имели Светловы, за счет уменьшения количества работников.

— Ну и отлично, — кивнул я. — Тогда разница в марже поделится между Юматовыми и изобретателем. Это мы официально пропишем в договоре в соответствии с патентом. Мы согласны получать столько же сколько и Светловы.

Юматов смотрел на меня явно ошалевшими глазами:

— Вы сейчас серьёзно?

— Абсолютно. У меня нет привычки наживаться на собственных людях. Чем более вы будете заинтересованы в работе со мной, тем более честно будете служить. Вот и весь вопрос.

Юматов улыбнулся и пожал мне руку:

— Юрий Викторович, я не знаю, какая счастливая звезда привела вас в наш торговый дом в своё время, но я безмерно ей благодарен.

Я улыбнулся:

— Имя этой счастливой звезды — наш садовник Прохор. Он через своих друзей узнал про достойных честных артефакторов, работающих без покровителя, и посоветовал обратиться к вам.

— И вы послушались? — удивлению Юматова не было предела.

— Представьте себе, да. Я не считаю зазорным послушать советы человека любого статуса, магического ранга или социального сословия. Предпочитаю самостоятельно перепроверить некоторые данные. В этот раз я абсолютно не пожалел.

Оставив Юматова в лёгком шоке, я дал команду отрядить часть его сотрудников, занимавшихся бытовыми артефактами, для освоения цехов.

— Ах да, Степан, чуть не забыл. Не забудьте поставить вашу собственную систему защиты, желательно наиболее эффективную, чтобы ни у кого не появилось желания пробраться сюда и получить образцы наших усовершенствованных артефактов.

* * *Каменный зал посольских казематов озарялся лишь трепещущим пламенем черных свечей.