Антикиллер

В результате бригадир и три «быка» с травмами различной тяжести оказались на нарах следственного изолятора.

Под надежной физической защитой находились свидетели по делу и следователи, причем люди Ныркова подвергали жесткому прессингу каждого, кто пытался войти с ними в контакт. Такого в Тиходонске еще не было.

По городу пошел слух, что за двух авторитетов взялись всерьез и «отмазаться» на этот раз им не удастся. А если так, то завтра могут ущучить и других.

Всерьез встревожило заинтересованных лиц вторжение на исконные территории залетных чужаков.

Стоит промедлить – и за свои же зоны влияния придется воевать!

Одним словом, существующая в криминальном мире стабильность нарушилась, что грозило большими осложнениями.

Человек, который в период всеобщей растерянности и бездействия попытается поставить ситуацию под контроль, может приобрести большой авторитет. Руководитель богатяновской группировки Шаман это понимал и потому решил сыграть по высшей ставке.

* * *

Несмотря на громкое «импортное» название; «Супермаркет» представлял из себя довольно гнусный вещевой рынок, который в былые времена обозначали более соответствующим словом «толкучка».

Огороженный хлипким заборчиком участок вытоптанной, утрамбованной земли был тесно заставлен павильонами, палатками, крытыми торговыми рядами и импровизированными прилавками из ящиков, табуреток или составленных в ряд стульев, завешанных стандартным товаром: ширпотребом из Турции, Китая и Эмиратов.

За каждое торговое место надо было платить дважды: в кассу рынка при входе и контролерам территории, регулярно обходящим шеренги продавцов.

Уже три дня дань собирали какие-то новые молодчики, которых никто в Тиходонске не знал. Впрочем, обитателям «Супермаркета» было все равно, кому отдавать деньги.

На четвертый день к открытию рынка на пяти машинах прибыли люди Шамана.

Рынду впервые взяли на «дело».

– Присмотримся, как ты в махаловке, – сказал Баркас."

"Он регулярно приходил на «пятачок», заходил в киоск к Нине.

Минут через двадцать свет гас. Потом этот промежуток стал сокращаться и наконец совсем исчез: зашел, свет погас, через десять минут вышел, свет зажегся опять. Однажды Рында, влекомый болезненным любопытством, подкрался сбоку: Баркас сидел на прилавке и громко кряхтел, Нина возилась внизу.

– С девчонки получай половину ставки, – приказал Баркас после этого случая.

Рында молча кивнул. Ему не хотелось разговаривать о бригадиром.