Ананас на ёлке

И отлично, что у Васильевой вместо мозга солома, ей не пришло в голову попросить понюхать духи!"

"Снова последовала пауза, но вскоре опять раздался голос Аллы Петровны:

– Спасибо, что сказала про парфюм. Есть у меня такая слабость. На основной работе недопустимы никакие посторонние запахи, эксперт не имеет права пользоваться одеколоном и иже с ним. А вот в свободное время щедро им прыскаю. Ошибка поступать так, когда берешь частный заказ. Спасибо, что выручила, очень тебе благодарна.

– Пожалуйста, – уже другим тоном отозвалась Анна.

– По матери они родные, а по отцу нет. Флора родилась, когда Константин, превратившись в Василия, уже жил с Авдотьей. Роза появилась на свет еще позднее. Не знаю, от кого девочки, но они точно не внучки Андрея Зимина.

Звук пропал. Когда пауза затянулась, я удивилась:

– А дальше что?

– Ничего, конец информации, – пояснил Кузя.

– Я получу свои деньги? – оживилась Киселева.

– Они уже у вас на карте, – буркнул Кузя.

Девушка взяла телефон, потом улыбнулась и молча убежала.

Мы некоторое время сидели молча, потом полковник возмутился:

– Анна наняла Аллу Петровну, но сотрудник бригады не имеет права брать частные заказы. Непременно сообщу о поведении дамочки Ивану Никифоровичу! Неприятный осадочек остался от прослушанной беседы! Кузя, напиши Филиппу, попроси его немедленно приехать.

– Умчалась Киселева, – констатировал Сеня, глядя в окно, – побежала в сторону охраны. Вроде симпатичная девушка, а…

– С такой даже разговаривать не захочется, – перебил его Кузя.

– Если хочешь узнать человека, надо с ним не один год вместе провести, – менторски объявил полковник. – Хотя… Мы с Дашей давно дружим, а я в ней постоянно нахожу новые грани.

– Кто-то съел все курабье, которое я вчера испекла! – крикнула со второго этажа Марина. – Подчистую! Даже тарелку вылизал! Нина мне на «Ватсап» написала только что. Там лежало чуть больше полкило. Интересно, кто у нас обжора?

– Честное слово, не я, – быстро произнес Кузя.

– Я не о тебе думала, когда сейчас про курабье говорила, – прищурилась жена полковника.

– Намек понял, но имею железобетонное алиби, – начал сердиться толстяк.

– И какое?

– Не люблю печенье. И…

Договорить Дегтярев не сумел. В офис вылетела Марина с воплем:

– Дашута, прячься, Кракозябра здесь! – И забилась под стол.