Альпийский узел

На заднем плане грудились булыжники, за ними проявлялись очертания изрезанных скал.

– Там обрыв, куда я падала, – кивнула головой девушка. – Он глубокий, внизу камни, там лежат двое – Тобиас и белокурый солдат из ваших… Остальные тела немцы оттащили и сбросили в канаву, сверху засыпали землей. Я это видела, могу показать место… Они потеряли двоих – оттащили на носилках… С обратной стороны – скалы, в них глубокие пещеры, и, наверное, можно подъехать на машине. Они там, жгут костры, иногда заводят двигатель, чтобы запустить генератор… Я плохо ориентируюсь, Андрей, чуть не попалась им, но выручила темнота.

Искала укрытие, пряталась, не знала, куда бежать, потом услышала твой стон…

– Нам не стоит попадаться, Микаэла, ты права. Они не пощадят даже тебя – особенно когда узнают, каким образом ты сюда попала. Мы здесь в безопасности? – Он привстал. Ноги держали, последствия контузии проходили, только в ушах еще что-то шуршало. – Вспомни, Микаэла: все наши погибли? Может, ты что-то видела?

– Солдаты стреляли… Кто-то был ранен, его добили… – девушка сглотнула.

 – И еще, Андрей… Мне казалось, я стон слышала, когда ползла сюда… Но не уверена, это ветер мог свистеть в расщелинах, он порой издает такие причудливые звуки… Проверить я не могла, немцы были близко…

– Ты молодец, Микаэла, – похвалил Андрей. – Очень жаль, что тебе пришлось все это выдержать. Может, расскажешь, почему ты осталась жива?"

"– Я чуть со страха не умерла, когда падала… Схватилась за корень, который торчал из обрыва, он словно канат висел… Он бы не удержал меня, но я ногами затормозила за выступ в обрыве, это замедлило падение, тогда я схватилась второй рукой, повисла… Ногами перебирала, нашла опору, прижалась к обрыву.

Я поверить не могла, что не разбилась. Там действительно очень высоко, можешь убедиться… Наверху стреляли, все взрывалось… Потом стрельба закончилась, солдат заглянул в обрыв, засмеялся, но меня не заметил, а мог бы, если бы шея не была такой короткой… Я так долго висела, руки отнимались… Потом все тихо стало, начала выбираться, держалась за корень, ногами ковыряла ямки для носков… Вылезла – и сразу в кусты, потом зарылась в гнилые листья…

Девушку затрясло, воспоминания буксовали.

Она была обычным гражданским человеком, причем весьма хрупким. Андрей перебрался к ней поближе, взял за руку, испытывая нелепое смущение. Рука была холодной, как ледышка. Она не стала вырываться, дрожь утихла, девушка подняла голову. Она чудовищно устала: кожа была вялой, глаза потухли.