Алиса в стране насильников

После смерти родителей здание перешло к их единственному сыну, который рос под присмотром няни и служанок.

Трехэтажный дом мужа поразил меня своей роскошью и убранством. Сем предпочитал жить на втором этаже. Здесь были его спальня, гостиная, несколько кабинетов, еще одна спальня, которая стала моей, две туалетные комнаты с необычной для меня компьютеризированной сантехникой с автоматическим смывом, шампунями и гелями для душа известной косметической фирмы. На третьем этаже был оборудован спортивный зал, на первом – комнаты для гостей и прислуги.

Кроме нас в таком огромном доме в день нашего бракосочетания больше никого не было. Никаких гостей, никакой прислуги: Сем отпустил кухарку и горничную. Показав дом, Сем велел мне одеть подаренные им платье и туфли. Он включил яркий, почти как на съемках, свет, долго любовался моим мерцающим нарядом."

"А потом, у нас был очень сытный, с множеством деликатесов ужин, приготовленный кухаркой, и первая брачная ночь. Муж отвел меня в свою спальню, шикарную комнату с портретами родителей на стенах, большой хрустальной люстрой, обоями зеленого цвета с мягкими успокаивающими тонами.

Сем велел мне раздеться, я скинула платье, медленно, словно в стриптизе, спустила лямки бюстгальтера, одетого по случаю бракосочетания, а после и трусики. Муж, улыбаясь, сам снял пиджак, рубашку, штаны и вместе с моим бельем отложил все в сторону на стул.

Он усадил меня рядом с собой на кровать, мягкую, застеленную свежим бельем с легким ароматом раннего весеннего утра.

Я чувствовала какую-то неловкость – оказаться в большом шикарном доме наедине только с молодым человеком. И спросила:

– Как ты можешь жить в таком огромном доме почти один?

– Я привык, – ответил Сем, – и ты быстро привыкнешь.

Сем придвинулся ко мне вплотную и обнял. Мы сидели несколько минут просто обнявшись, без поцелуев и разговоров, наслаждаясь близостью друг друга.

– Ты была прекрасна тогда на даче, – тихо, словно боясь, что его услышит кто-то посторонний, сказал Сем.