Алмазная колесница. Том 2

Эраст Петрович нарочно отозвался о японце с подчёркнутой корректностью, давая понять, что лексикон сержанта ему не нравится. Кажется, американец понял намёк.

– Знаю. Начальник участка на Тележной улице, это в Туземном городе. Из всех жёлто… Из всех японцев Гоу – самый толковый. Мы с ним уже пару раз работали, по смешанным делам, где накуролесили и белые, и косоры… Ну, в смысле туземцы. Он совсем молодой парень, ещё тридцати нет, а опытный. Лет пятнадцать в полиции служит.

– Как это возможно? – удивился Фандорин.

– Так он потомственный ёрики.

– Кто?

– Ёрики, вроде участкового копа. При сёгунах, прежних правителях, было заведено, что всякое ремесло и даже всякая должность передавалась от отца к сыну. К примеру, если твой папаша был водоносом, то и ты будешь всю жизнь бочки с водой возить. Если родитель был помощник начальника пожарной команды, то ты тоже станешь помощником начальника. От этого у них тут всё и развалилось – не было резона надрываться, всё равно выше папаши не прыгнешь.

А Гоу из рода ёрики. Когда его отца грабитель зарезал, парнишке лет тринадцать было. Но порядок есть порядок: нацепил две сабли, взял в руки дубинку и начал служить. Он рассказывал, что первый год длинную саблю под мышкой носил – чтоб по земле не волочилась.

– Но разве может м-мальчишка поддерживать порядок в целом околотке?

– У них тут может, потому как япошки… японцы не столько на человека, сколько на должность смотрят. Опять же полицейских тут уважают – они ведь сплошь самураи.

А ещё, Расти, учтите, что парней, которые родились в семье ёрики, сызмальства обучали всей полицейской науке: как вора догнать, как грабителя обезоружить и связать, а уж дубинкой они дерутся так, что нашим копам и не снилось. Я думаю, Гоу и в тринадцать лет много чего умел.

Эраст Петрович слушал с огромным интересом.

– А как у них устроена полиция теперь?

– По английскому образцу. Безработных самураев теперь полным-полно, так что в добровольцах недостатка нет.

Если вас интересуют подробности, спросите у самого Гоу – вон он идёт.

Фандорин посмотрел в окно и увидел на освещённой площади высокого японца в чёрном мундире, белых панталонах, с саблей на боку. По-военному отмахивая правой рукой, он шагал по направлению к участку.

– Видите, у него на поясе револьвер, – показал Локстон. – Это у туземцев редкость. Они предпочитают дубинкой или, в крайнем случае, мечом.