Аккорды кукол

Владислав отделил мальчика от постамента, разомкнул соединяющие пружины и стальные нити, вывинтил отрубленную голову, снял с ноги змейку, положил отдельно колчан со стрелами, лук, лютню... Само туловище также развинчивалось пополам. С внутренним механизмом пришлось повозиться подольше, тут нужна была ювелирная работа, некоторые детали были настолько тонки, что Драгуров опасался повредить их пинцетом или отверткой. К сожалению, инструменты брата не совсем подходили к подобному занятию, а свои он оставил в мастерской.

Приходилось медленно, шаг за шагом, порой наугад, продвигаться вперед. На столе горели две лампы - одна сверху, другую он приспособил сбоку, а шторы были плотно задвинуты, и он вдруг подумал, что так, должно быть, бывает, когда одновременно светят и луна, и солнце. А сам он похож на мага-алхимика, творящего колдовское действо над человеческим телом.

Драгуров отмахнулся от этой неприятной мысли и, поискав в ящике стола сигареты, впервые за многие годы закурил.

Ему было приятно затягиваться дымом, возвращаясь к старому пороку. Так бывает всегда, когда ты думаешь, будто что-то похоронил окончательно, а оно подстерегает тебя за дверью. И когда кто-то кашлянул сзади, он вздрогнул.

- Ты так тихо... подошла, - произнес Владислав и умолк. Он хотел сказать ""подкралась"".

- Мне послышалось, кто-то плачет, - ответила Снежана, положив ладони ему на плечи.

- Это на улице. Или я тут задел струны.

- Опять все разобрал до винтика?

- Хочу посмотреть, нет ли здесь ещё каких-то секретов.

- Не спрятано ли что внутри? - напрямую спросила она. - Думаешь найти какой-нибудь алмаз магараджи?

- Почему бы и нет? - усмехнулся Владислав. - Или я полный идиот, или эта кукла кому-то позарез нужна, раз за ней охотятся.

Девушка вздохнула, взяв со стола крошечную лютню и тронув струны. Вырвавшиеся звуки действительно напоминали плач ребенка. Потом Снежана нашла нужный ритм, воспользовавшись тонкой заколкой.

Но то, что она пыталась сыграть, мало напоминало музыку.

- Прекрати! - резко сказал Владислав.

Ему совсем не нравились эти извлекаемые из лютни звуки - они походили на учащенное монотонное дыхание. Неожиданно налились тяжестью глаза, заложило уши, появилась головная боль, но тут же исчезла, словно лишь пробовала свою силу. А Снежана с любопытством смотрела на него, будто врач, изучающий состояние пациента после процедуры.