А я заставлю! (СИ)

— Злата?

Выныриваю из мыслей, в которые как оказалось закопалась, и даже не заметила, что дверь в кабине открылась и оттуда вышли посетители.

— Привет, — встаю, встречаясь взглядом со Львом."

"— Зайдёшь на минуту? — кивает он на свой кабинет, а я опускаю взгляд на старичка, в чьем лице теперь снова читается готовность воевать.

— Да нет. Мне уже идти нужно, я на минуту заходила.

В лице Льва считывается явное непонимание, но отнимать время у человека, чье имя я даже не спросила, мне неудобно. Я представляю, каких усилий ему стоит вообще сюда приходить.

— А можно Вашу визитку? — обращаюсь к нему, игнорируя пытливый взгляд Льва.

Мужчина грустно усмехается.

— Бери, деточка. Пусть будет тебе на память, — выудив из переднего кармана сумки визитку с изображением кресла — качалки, протягивает её мне.

— Рада была знакомству, — бросаю взгляд на текст визитки, — Семён Петрович.

— И я… Злата.

Вновь встретившись взглядом со Львом, разворачиваюсь и ухожу.

23. Акула

Едва захожу в квартиру, как ноздри тут же атакует аромат запеченной курицы.

Кайф.

Пусть бы так было всегда. Я даже готов терпеть дождик над головой и гирлянды по всей квартире хоть круглый год, лишь бы не потерять этот уют, что не так давно поселился в моём доме благодаря наглому тушканчику.

Помыв руки, захожу на кухню и едва не заляпываю слюной пол. И это не из-за сытного ужина, украшающего стол, а из-за Златы, одетой как всегда во всё облипающее её точёную фигурку и подтянутую задницу.

— И что у нас за праздник? — подхожу к ней сзади, пока она дорезает овощи.

Ойкнув, оборачивается и улыбается такой широкой улыбкой, что, если к ней подключить провода можно было бы запитать электричеством небольшое село.

— Домашний ужин, — потянувшись, целует меня в губы. — Раз уж мы разъезжаемся на Новый Год, я решила, что последние пару дней мы будем проводить в атмосфере праздника.

Хреново конечно, что Новый Год мы проведем не вместе. Для меня, по сути, ничего не меняется. Я последние годы и так его проводил в разъездах.

— Я не против. Особенно, когда здесь такая вкуснятина, — положив руку ей на ягодицу, с немалым удовольствием провожу по ней, замечая, как девичье лицо вспыхивает.

— Садись давай. А то остынет, — вывернувшись из моих рук, она ставит на стол овощной салат и еще раз сверкнув подозрительной улыбкой, подталкивает меня к моему стулу.

Что-то внутри меня щелкает в ответ на эту учтивость.