Только не плачь

Я оттолкнула от себя руку Демида, которую он протянул мне чтобы помочь подняться. Сама, кое-как встала, и придерживаясь рукой за шершавую стену побрела к краю здания, туда откуда доносились голоса и рев полицейской сирены.

Шаг. Еще один. Колокола в голове гудят все громче и громче, перекрывая остальные звуки. Демид идет рядом, готовый подхватить, но я его не вижу.

Последний шаг. Я выворачиваю из-за угла и останавливаюсь, потому что ноги не слушаются.

Здесь несколько полицейских машин, скорая. Двое рослых мужиков тащат брыкающегося вопящего Кирилла.

Все это не важно. Я ищу взглядом Артура.

И нахожу. Он стоит рядом с полицейским и что-то активно говорит.

Забыв обо всем на свете, размазывая по щекам слезы, которые в этот раз льются градом от облегчения, я бегу к нему.

— Артур! — с разбегу налетаю, утыкаясь в широкую грудь.

Он как-то подозрительно охает и пошатывается.

— Ты ранен? — смотрю на бледное лицо, потом опускаю взгляд на бок, прикрытый пиджаком, и вижу то, что не заметила сначала. — О, Боже! Артур! У тебя кровь!

— Со мной все хорошо, — он скованно улыбается, прижимая руку к боку, — просто царапина. Ты сама как? Цела?

— Да-да, — торопливо отвечаю и пытаюсь отогнуть полу его пиджака, — со мной все хорошо.

— Это главное, — он не дает заглянуть внутрь, быстрым движение касается губами моего лба и кивает брату, — присмотри за ней.

Он сам дошел до скорой. Сам забрался внутрь.

А через час, когда мы были в участке, Демиду позвонили и сказали, что его брат в коме.

* * *Больше недели прошло в жутком напряжении. Приходилось метаться между больницей, Ванькой и участком. Артур был стабильно тяжелым, сын нервничал, чувствуя, мое состояние, а следователи пытались распутать весь змеиный клубок, который сплел Кирилл."

"К счастью, благодаря Демиду, меня дергали только в крайнем случае. Этот каменный мужик внезапно зачислил мою скромную персону в категорию «свои».

Так или иначе, но его отношение изменилось. Он не искал со мной встреч, не надоедал телефонными звонками и бесполезными разговорами. Просто сказал остальным: ее не трогать, все вопросы через меня.

И все. Никто не трогал.