Злодейка в Пресветлой академии

Я уже говорила, что для всех светлых лучший темный маг – это мертвый темный маг?

4

Если этот противный жаб ректорского типа думал, что я хлопнусь в обморок от его заявления или начну умолять отпустить меня, то он глубоко заблуждался и ничего не знал о студентах вообще и о темных магах в частности. Еще ни один студент в мире не получал такую щедрую индульгенцию на все выходки! А потому на слова ректора я лишь презрительно фыркнула и поинтересовалась, готова ли для меня комната в общежитии. Мужчина подозрительно прищурился, но соизволил сообщить, что комната уже с нетерпением ждет меня, о чем подробнее расскажет комендант.

"На этом мы и расстались. Я – крайне довольная собой, а ректор крайне растерянный. Еще бы, он тут смертоубийством угрожал, а я даже бровью не повела! Серьезно, как ему в голову пришло, что темного мага можно пронять такой банальной ерундой? Пф!

А вот общежитие Пресветлой академии действительно заслуживало внимания. Точнее – присутствия. Таскаться с дорожным сундуком я уже порядком притомилась.

Волочить на себе багаж то еще удовольствие, но несмотря на то, что я темный маг, моя профессия – ведьма. И, значит, в классической магии я чуть меньше, чем бесполезна. То есть я, конечно, могу заставить сундук плыть по воздуху, но сил это сожрет немерено.

Поэтому когда я дотащилась-таки до общежития, то была в таком скверном расположении духа, что какая-то трава в кадке на входе в здание печально пожухла.

Если Темнейшая академия ютилась в ущелье, то Пресветлая просто жалась к горам.

Площадь.

У нас были одинаково крошечные комнатки, смешанное проживание на этаже и невыносимые соседи. Раньше я жила в комнате с некроманткой и была уверена, что нет ничего хуже скелета в шкафу.

О, как я была неправа!

Альфред внимательный собеседник, ответственный сторож и просто замечательная вешалка. А как он любовно намывал штыковую лопату своей хозяйки после каждого практикума!

И вот после этого непередаваемого опыта недоверчиво косящаяся коменда, неустанно осеняя то себя, то меня святым треугольным знаменем, подселяет меня к…

Барабанная дробь…

Паладинше!

К паладинше!!!

К светлому магу, чья профессия поколениями, поколениями занималась охотой на таких, как я.

И вот мы застыли обе в шоке, я на пороге, запыхавшаяся и с сундуком в обнимку, а она в крошечной комнате с гантелей наперевес.