Злодей не моего романа

Во-первых, потому что спокойно пережила знакомство с моими родителями, во-вторых, потому что помогала мне общаться с кланом Беса, давала подсказки и советы, я всегда могла на нее положиться. Ну а в-третьих, Анжелочка, так же как и Рик, сходила с ума по ребенку (порой у моего живота торчали сразу два уха). Кроме того, она стойко и эффективно пресекала паломничество довольно впечатляющего числа древних, прознавших о моей беременности и желающих непременно взглянуть и убедиться, что странная кукла неким непостижимым образом не затеяла обман.

Сутки спустя я наконец взглянула в припухшее личико дочери и подержала ее.

– Куколка, – благоговейно выдохнула Анжелочка. – И как куколку решили назвать?

– Сашей.

Бабушка улыбнулась.

– Прелестно.

Врач опасливо покосился на Рика.

– Папе дать?

Бес отчаянно отрицательно затряс головой.

– Почему? – шепотом удивилась я.

Серо-желтые глаза со странным паническим и одновременно обожающим выражением смотрели на крохотное, неуверенно шевелящееся тельце в моих руках.

– Хороший мой, ты не сделаешь ей больно, – одними губами прошептала я.

Кроме него и бабушки, услышать меня не мог никто. Рик неуверенно приблизился. Бойкая акушерка, только что сменившаяся на дежурстве и уже не заставшая бешеного мужа важной пациентки, бесцеремонно вложила ему в руки решившее покурлыкать сокровище. Бес замер и перестал дышать. Я устало откинулась на спинку кровати и улыбнулась. Навалились спокойствие и ощущение безграничного счастья. Недавние мучительные часы как-то сразу ушли на десятый план, кажется, в детстве кости ломала больнее.

– Скажи «привет» дочери, – ласково подсказала я.

На последнем слове по телу Рика прошла заметная волна дрожи. Он стиснул зубы, промолчал, продолжая разглядывать маленького человечка.

– Милая, у папы нет слов, – усмехнулась я. – Тогда ты скажи ему: «Привет».

И малышка сказала… емкое и однозначное «у».

Уже позже в своей палате, глубокой ночью, когда дочка уснула в больничной кроватке, по форме и прозрачности шибко смахивающей на аквариум, Бес лежал в моих объятиях, и у меня никак не выходило угомонить его непослушное тело.

– Зато теперь Сашка больше не будет меня лопать, разве что молоко, и ты наконец сможешь вкусно есть, – решила пошутить я. Вышло. Услышала тихий вздох и смешок.