Зло

Какие — никто толком не знал, но начальник отдела «А» МУРа, который при Ельцове был простым опером и считал полковника своим учителем, рассказал любопытные вещи. Агентура, обычная и камерная, сообщала ему о разгонщиках с милицейскими удостоверениями.

Он даже показал одно донесение камерной разработки, в котором источник, занимающийся совсем иным объектом, приводил разговор бывшего замдиректора ломбарда. У этого человека были изъяты крупные ценности во время обыска, а сам он для допроса был доставлен на Советскую площадь, где под вывеской Московского городского штаба народных дружин сидела какая-то группа, которая его долго допрашивала.

В основном интересовались знакомыми, располагающими большими ювелирными ценностями.

В трех комнатах на Советской площади сидели люди, подчиненные непосредственно генералу Болдыреву.

О самом генерале Ельцов узнал от своего приятеля, бывшего начальника МУРа Володи Корнеева — он теперь работал в Главном управлении уголовного розыска. Болдырева вытащил из Реутова всесильный помощник министра Щелокова.

Он сразу же был посажен на генеральскую должность.

— Ты же знаешь, Игорь, — сказал Корнеев, — у нас лезть в чужие дела не принято, но одно скажу: ни о каких результатах его группы в министерстве ничего не известно. Слухи ходят самые фантастические. Живет он хорошо. Лучше любого нашего генерала. Связи огромные. Каждую субботу парится в бане с очень большими людьми. Темный он человек, Игорь, очень темный. Ты помнишь дело Веретенникова?

Как он мог забыть это странное непонятное дело, из-за которого ему почти на два года задержали присвоение очередного звания.

Ретро, 1949 год

Был тогда Ельцов еще майором. Утром его вызвал начальник МУРа:

— Ограбили квартиру балерины Гельцер, поезжай в отделение, ознакомься с документами и начинай работать. Дело деликатное. Гельцер бывает на всех кремлевских приемах. До ноябрьских праздников осталось двадцать дней, уложись в этот срок.

Кража эта показалась Ельцову странной. Вор проник в квартиру, открыв входную дверь, все три сложных замка.

Эксперты, изучившие их, не нашли никаких видимых повреждений и царапин. Значит, дверь открывали «родными» ключами. Вор шел явно по наводке. Он точно знал, где лежат драгоценности. Секретер красного дерева — там балерина хранила свои бриллианты, кстати огромной цены, особенно диадема, подаренная ей президентом Франции, — также был открыт ключом. Никаких повреждений на полированной поверхности секретера обнаружено не было.