Жребий Салема

А его зубы…

Чарли Роудс бросил взгляд в салон.

Это кто там? Майк Филбрук? Оди Джеймс? Господи Боже, тут были и мальчишки Гриффенов! Хэл и Джек сидели в самом конце, и в волосах у них застряли соломинки. Но они не ездят на моем автобусе! Мэри Кейт Григсон и Брент Тенни сидели рядом. Она была в ночной рубашке, а он – в джинсах и фланелевой рубашке, одетой задом наперед и вывернутой наизнанку, будто он разучился одеваться.

И Дэнни Глик! Господи, но ведь он же умер! И уже несколько недель как похоронен!

– Ребята, – сказал он, облизывая пересохшие губы.

 – Вот что, ребята…

Теннисная ракетка выскользнула из руки. Зашипела гидравлика – это Ричи все с той же безумной улыбкой повернул хромированный рычаг и закрыл дверь. Теперь все – все до одного! – начали подниматься со своих мест.

– Нет, – проговорил Чарли, пытаясь выдавить улыбку. – Ребята… вы не понимаете! Это же я, Чарли Роудс! Вы… вы… – Он вытянул руки, демонстрируя, что это их старый добрый и безобидный знакомый, и попятился назад, пока не уперся спиной в широкое ветровое стекло.

– Не надо, – прошептал он.

Они, ухмыляясь, приближались.

– Пожалуйста, не надо!

Они набросились на него.

28Энн Нортон умерла в лифте, когда ее поднимали с первого этажа на второй. По телу пробежала дрожь, и из уголка рта вытекла струйка крови.

– Вот и все, – сказал один из санитаров. – Теперь сирену можно выключить.

29Еве Миллер снился сон.

Сон был странным и на кошмар не очень походил. Пожар 51-го года бушевал вовсю, окрашивая голубое у горизонта небо в безжалостно белое над головой.

В перевернутой чаше небосвода ослепительно сверкало солнце, похожее на новенькую медную монетку. В воздухе стоял едкий запах: никто не работал, и все жители высыпали на улицу, тревожно вглядываясь в сторону болот на юго-западе и лесов – на северо-востоке. Дым висел в воздухе с самого утра, но теперь, в час дня, за пастбищами Гриффенов уже виднелись языки пламени. Дул ровный ветер, который перекинул пламя через противопожарный разрыв и осыпал город хлопьями пепла, похожими на снежинки.

Тогда еще живой Ральф пытался спасти лесопилку. Во сне все смешалось, потому что рядом находился Эд Крейг, а они познакомились только осенью 1954 года.

Сама Ева была совершенно голой и смотрела на пожар через окно спальни наверху. Она чувствовала, что ее белые бедра обнимают сзади смуглые жесткие руки, и знала, что это был Эд, хотя и не видела его в отражении стекла."

"Она пыталась сказать Эду, чтобы он перестал, что сейчас не время.