Жребий Салема

– Черной ночью черный кот…

– Окно, Марк! Он приказывает!

– …прыгнул в черный дымоход.

Он слабел. Шепчущий голос просачивался сквозь все воздвигнутые им преграды и звучал все настойчивее. Марк в отчаянии опустил глаза на коллекцию своих игрушечных монстров, казавшихся теперь такими безобидными и глупыми…

Неожиданно его взгляд остановился на пластмассовом вурдалаке, пробиравшемся по пластиковому кладбищу, на котором одно из надгробий было сделано в форме креста.

Не раздумывая и не колеблясь (взрослые, как, например, отец, на его месте обязательно бы сначала все взвесили и обрекли себя на погибель), Марк сорвал крест с подставки и, зажав в кулаке, громко произнес:

– Входи!

Лицо за стеклом исказилось в гримасе хищного торжества и предвкушения.

Окно открылось, и Дэнни оказался в комнате. Из разинутого рта доносилось невыносимое зловоние, как из склепа. Холодные и белые, как рыбье брюхо, руки опустились Марку на плечи. Голова по-собачьи вывернулась, и верхняя губа обнажила ослепительно белые клыки.

Марк резким движением впечатал крест в щеку Дэнни.

Раздался жуткий, нечеловеческий – и неслышный! – вопль, отозвавшийся громким эхом во всех уголках души. Торжествующая улыбка на губах существа, бывшего раньше Дэнни, сменилась гримасой агонии. Бледная плоть задымилась и стала расползаться, и через мгновение жуткое создание полунырнуло-полувывалилось в окно.

Все кончилось, будто ничего и не было. Но еще какое-то время крест ярко светился, будто внутри горела раскаленная нить, а потом начал потихоньку меркнуть.

Благодаря старым трубам отопления в полу Марк услышал, как в спальне родителей щелкнул выключатель лампы и отец спросил:

– Что, черт возьми, это было?

13Через пару минут дверь в комнату Марка открылась, но этого времени ему хватило, чтобы привести все в порядок.

– Сынок? – тихо окликнул отец. – Ты спишь?

– Ну да, – сонно отозвался тот.

– Тебе приснился плохой сон?

– Я… наверное. Не помню.

– Ты кричал во сне.

– Извините.

– Тут не за что извиняться! – Он помедлил, вспомнив, как раньше, когда Марк был совсем маленьким и спал в колыбели, они тоже прибегали на его крик, только тогда все было куда понятнее.

 – Может, тебе дать воды?

– Не надо, пап, спасибо.

Генри Питри окинул взглядом комнату, не понимая причины ужаса, разбудившего его и ощущавшегося до сих пор. Чувства ужасной беды, которой чудом удалось избежать. Все вроде в порядке. Окно закрыто. Вещи на своих местах.

– Марк, точно ничего не случилось?

– Точно, пап.