Жребий Салема

Достав из кузова лопату, он двинулся обратно и у могилы невольно заколебался: казалось, она открыто насмехается над ним.

Майк сообразил, что ощущение слежки исчезало, как только гроб на дне могилы становилось не видно. Ему вдруг представилось, как голова Дэнни Глика лежит с открытыми глазами на маленькой атласной подушке. Глупость какая-то! Глаза ему точно закрыли! Он часто видел, как это делал Карл Форман. Конечно, мы их заклеиваем, как-то пояснил Карл. Мы же не хотим, чтобы труп начал подмигивать прихожанам, верно?

Подцепив лопатой землю, он бросил ее в могилу.

Услышав, как комья с глухим стуком ударились о полированную крышку гроба из красного дерева, Майк невольно сморгнул. От этого звука к горлу подступила тошнота. Он выпрямился и посмотрел на букеты и венки из цветов. Что за расточительность! Завтра все вокруг будет усеяно красными и желтыми лепестками. Почему люди это делают, было выше его понимания. Если уж охота тратить деньги, то разве не лучше направить их на борьбу с раком, или помощь матерям, или перечислить благотворительным обществам? Во всяком случае, тогда от них была бы хоть какая-то польза.

Майк наклонился и, бросив еще лопату земли, снова выпрямился.

Да и гроб такая же пустая трата денег! Отличное красное дерево, стоит не меньше тысячи баксов, а он забрасывает его землей. У Гликов, как и у многих, лишних денег не водилось, а про страховку и говорить нечего – кто же страхует детей на случай смерти? Наверняка им пришлось залезть в долги, и все для того, чтобы купить ящик, который потом зароют.

Наклонившись, он вновь зачерпнул клинком лопаты землю и бросил в яму. Снова этот жуткий стук. Теперь земля закрывала крышку гроба почти полностью, но кое-где полированное дерево продолжало просвечивать чуть ли не с упреком.

Перестань на меня таращиться!

Набрав еще земли, он бросил в могилу.

Снова глухой стук.

Тени вытянулись и стали совсем длинными. Майк поднял глаза – наверху стоял Марстен-Хаус, равнодушно взирая на него плотно закрытыми ставнями.

Его восточная часть, которая первой озарялась лучами утреннего солнца, смотрела прямо на железные ворота кладбища, где Док…

Он заставил себя бросить еще одну лопату земли.

Глухой стук.

Теперь земля уже скатывалась с крышки гроба, забивая латунные петли. Если сейчас попробовать открыть гроб, то наверняка раздастся сильный скрежет, как от двери в гробницу, которую прежде никто не тревожил.