Зефир в шоколаде

Он буквально вытащил меня из ресторана. Вёл за руку, я едва поспевала за его широким шагом. А когда вышли на улицу, я невольно притормозила на небольшом крылечке, заметив неподалёку два чёрных массивных джипа и ребят характерной наружности рядом. Дождь по-прежнему моросил, мерзко и нудно, но эти субъекты, кажется, не замечали неудобства. А когда нас увидели, один из них сразу открыл заднюю дверь.

— Антон, моя машина.

— Садись.

Муж повернулся ко мне и взглянул непримиримо. Я попыталась ещё раз донести до него то, чего хочу.

— Моя машина в десяти метрах.

— Завтра она будет у твоего дома, — заверил он, не собираясь ни на секунду выпускать меня из вида.

Я в сердцах выдохнула, в негодовании качнула головой, но в машину села. И следующие пару минут с тоской наблюдала за тем, как маленькая армия, которой неожиданно обзавёлся мой муж, рассаживается по автомобилям.

— Что, вообще, происходит? — злым шёпотом спросила я, когда Антон рядом со мной сел. Впереди мой взор радовали два одинаково бритых затылка.

Антон решил прикинуться непонимающим.

— А что происходит?

— Не знаю, — съязвила я, указав пальцем на причину своего беспокойства. — Марина тебя заказала?

Антон глянул ошалело, после чего, видимо, в крайнем изумлении, головой качнул.

— Придёт же в голову…

— А что?

— Это служба безопасности. Я сегодня ездил по делам в соседний областной центр. И ты, если бы была хорошей и верной женой, знала бы об этом.

Я от него отодвинулась, пристроила руку на подлокотнике кресла, смахнула со лба чёлку.

— Ты не смеешь обвинять меня в измене. Даже в помысле на измену.

— Ещё как смею. После увиденного-то.

— И что ты видел? Как я ем?

— Вот этого, любимая, я как раз не видел. А вот как вы шептались, и как этот очкарик руки к тебе тянул, очень хорошо разглядел.

Антон сказал это в полный голос, не скрывая возмущения, а я опять же уставилась на каменные затылки впереди. Мужа одёрнула.

— Мы можем не обсуждать наши проблемы при посторонних?

Пара секунд, в течение которых Антон не обдумывал мои слова, а попросту справлялся с внутренним возмущением, после чего он коротко кивнул.

"Мы ехали по городу, я была уверена, что едем загород, домой, то есть, к Антону домой, но неожиданно свернули к дому моей матери. Подъехали к подъезду и остановились. Я в некоторой растерянности смотрела на тёмные окна квартиры. Потом поняла, что нужно что-то предпринять.