Запрет на любовь

 — Поняла меня?

Сверлит напряжённым, суровым взглядом, и сердце начинает стучать быстрее.

Пульс подскакивает, бьётся в горле. Стыд новой волной опаляет скулы.

— Да. Поняла.

Еле выдерживаю зрительный контакт, но не смею опустить глаза.

— Вот и молодец. А теперь позови сюда деда. Мне надо перекинуться с ним парой слов.

— Хорошо, — встаю из-за стола и подхожу к нему, чтобы обнять на прощание. — Буду переживать и скучать, — целую в покрытую густой щетиной щёку и глажу по волосам, позволяя себе немного той чрезмерной, по его мнению, нежности, проявление которой он обычно не одобряет.

— Аналогично.

— Держись тут, ладно?

— Ступай.

— Может, тебе что-то привезти?

— Ничего не нужно.

Сжимает мою ладонь, а затем отпускает.

— Иди.

Тягостно вздыхаю.

Приходится отстраниться.

Пора. Меня предупреждали о том, что встреча будет короткой.

— Отец, — уже на выходе поворачиваюсь.

— Да?

— Люблю тебя. Помни, пожалуйста.

— Взаимно, Тата, — отвечает после паузы.

Киваю и ухожу оттуда, ощущая внутри смесь необъяснимой тревоги и чувства вины, раздирающего грудную клетку.

Глава 37

В субботу семья моей матери знакомится с семьёй моего жениха, ведь мы приезжаем к родителям Левана в Подмосковье.

— Здравствуйте, дорогие! — радушно встречает нас его мать. — Тата, красавица моя! — берёт за руки и расцеловывает в обе щеки. — Так давно не виделись! Мы по тебе скучали, дорогая!

— И я.

— Представишь наших гостей?

— Конечно. Это Эдуард Сергеевич, мой дедушка, а это его жена, Алиса Андреевна.

— Рады знакомству, — дед протягивает руку отцу Левана.

— Взаимно, мои дорогие. Семья Горозия. Я — Наира, это мой муж Анзор, дочь Эка и сын Леван.

Пока мужчины обмениваются рукопожатиями, переобуваюсь, снимаю шубу и отдаю её помощнице Наиры. Почему-то вместо хорошо знакомой пожилой Тинатин вещи принимает незнакомая, совсем молоденькая грузинка.

— Спасибо."

"Кивает и отходит, зыркнув на меня столь неприветливо, насколько это вообще возможно.

Выгибаю бровь.

— Не будем смущать молодёжь. Оставим их поприветствовать друг друга. Эдуард, Алиса, проходите, пожалуйста. Родственники Амирана — наши родственники. Мы всегда рады видеть их в своём светлом доме.

Они перемещаются в зал, и вот наступает тот неловкий момент, когда мы с Леваном остаёмся одни.

Ну почти. Если не считать девушку, занятую развешиванием верхней одежды.

Смотрю на своего жениха. Он, как всегда, на стиле. Атласная чёрная рубашка с высоким воротом.