Запрет на любовь

— Да?

— Где достал эти красные мокасины?

— Хотите себе такие же?

— А то.

Ребята хохочут.

— Дядя Вазген из Армении прислал. Скажете свой размер, он вам тоже пришлёт. У него большой обувной бизнес. От туфлей и кроссовок до посмертных тапочек.

— Господи. Последнее точно пока не надо. Задавай вопрос.

— Джугели, — звучит вдруг неожиданно. — Во Френдапе у тебя выложены фотки, где ты играешь в большой теннис.

— И?

— Там есть снимки типа с международного турнира. Это фотошоп?

— Нет, не фотошоп. Я занимаюсь теннисом профессионально.

— Ну я, — признаётся парень.

— Понятно.

— Извини.

— Кретиноид, — получает подзатыльник от Марселя.

— Ау!

— Не стопорите игру.

— Филатова, это правда, что зимой ты носишь трусы и колготки с начёсом?

— Нет неправда, — краснеет Полина.

— Ещё какая правда! Мы видели эти колготаны в седьмом классе! — встревает Зайцева.

— Я надела их один раз, по рекомендации бабушки. Было очень холодно на улице. Максим, — спешно обращается к Ромасенко.

— Чего тебе?

— Правда, что в третьем классе вы с Абрамовым пытались утопить бумажный журнал в туалете?

— Ну да. Матильда потом отметки с преподами восстанавливала целый месяц.

— Какой кошмар! Слава Богу, что теперь журнал электронный.

— Максим, твоя очередь.

— У меня ещё вопрос для Джугели. Почему ты переехала к нам из Москвы в Красоморск?

Чёрт. Ничего другого спросить не мог?

— Обстоятельства возникли.

— Э-э-э нет, нужна конкретика! Это не ответ.

— Если отвечать не хочешь, выполняешь штрафное задание, — поясняет Вепренцева.

Посвящать их в проблемы семьи я точно не стану. Уж лучше второй вариант.

— Что сделать?

— Не будешь отвечать?

— Нет, это личное, Ромасенко.

— Ладно, — пожимает он плечом. — Тогда… Поцелуй Абрамова.

— Ты обалдел?

— Чё такого?

Переглядываются с Кучерявым. Что за подстава? Нарочно?

— Хотя бы в щёку.

— Нет, исключено!

— Джугели, правила есть правила. Не отвечаешь на вопрос, выполняешь задание.

— Хорошо, я отвечу, — цежу сквозь зубы.

— Называй вещи своими именами, — прилетает от Ковалёвой.

— Ты о чём?

— Может о том, что твой отец в тюрьме? — усмехается она.

Становится очень тихо. Ребята притормаживают и бросают в мою сторону удивлённые взгляды.

— Он не в тюрьме, Ковалёва. С чего ты это взяла?

А у самой аж похолодело всё внутри.

Откуда она знает?

— Гугл считает иначе.