Западня

От которого тело невольно пробрала нехорошая дрожь, а волоски на затылке встали дыбом.

— Что? — спросила девушка, пытаясь скинуть это неприятное чувство.

— Почему ты надела рубашку своего бывшего? — неожиданно спросил он. — Скучаешь по нему?

И вот тут-то, она вспомнила о его совершенно диком поведении ранее и окончательно вскинулась, явно чувствуя опасность.

— Нет, — резко ответила Эля, вставая со стула. — Надела, потому что удобная. Я устала, Игорь Вадимович. Будьте добры, покажите, где я могу расположиться этой ночью.

Начальник тоже встал, медленно обходя стол и приближаясь к ней. Эля затаила дыхание, когда он встал за ее спиной, не касаясь, но достаточно близко, чтобы их одежда соприкасалась.

— Я еще не попробовал десерт, Элина, — прошептал он, склонившись к ее ушку и щекоча кожу бородой.

Сердце испуганно ухнуло куда-то вниз и забилось с удвоенной силой. Не успела Эля понять, что должна на это ответить, как бесстыжие мужские пальцы скользнули по ее обнаженной шее, прямо в вырез рубашки, а потом, самым наглым образом, легли на грудь, пробираясь под эластичный спортивный бюстгальтер и щипая за сосок.

4

— Что Вы делаете? — вскрикнула она, сжимая его запястье и не веря, что это действительно происходит.

— Я думаю, это очевидно, — хмыкнул он, несмотря на сопротивление, продолжая изучать наглой ручищей ее грудь, сжимая мягкое полушарие и потирая большим пальцем затвердевший сосок. — Твердые, как камешки. Мне нравится.

Второй рукой он обхватил ее за талию, крепко прижимая девушку к себе и недвусмысленно тычась стояком в ее спину.

Стояком! В ее, Эли, спину!

Она просто не могла осознать до конца этот факт. Дыхание сбилось, а сердце колотилось, как бешеное, от прилива адреналина. Либо это все сон, либо она попала в параллельную реальность!

— Перестаньте! — закричала Эля, пытаясь отдернуть его руку от себя. — Да что с Вами такое!? Это переходит все границы!

Он повернул ее к себе, продолжая держать в крепкой хватке. Ее грудная клетка оказалась плотно прижата к его, позволяя почувствовать, что и его сердце колотится в сумасшедшем ритме, в унисон с ее.

— А если отбросить границы, Кудряшка? — прошептал он, убирая упавшую ей на лицо, прядь волос, и скользя большим пальцем по ее губам.