Замуж. За сводного!

 – Тогда зачем Павлу понадобилось распускать слухи о тайном заказчике?

– Чтобы отвести от себя подозрение! Твой отец и моя сестра были любовниками. Пашка знал. Мучился… Жевал кактус как идиот. Но и от Марины не уходил, и с Сэмом поговорить не решался. Но видимо, не утерпел. Устроил тут братскую могилу.

– Ну и ладушки, – вздыхаю устало. Гашу недокуренную сигарету, собираясь вернуться к жене.

– Ты так спокойно реагируешь, – изумленно шепчет маман.

– Спокойно? – взрываюсь неожиданно. – Да я, блин, тебя подозревал! Думал, как вывезти из страны.

На кого передвинуть стрелки. Все размышлял, как мне тебя обезопасить, чтобы ты в тюрьму не угодила?!

– Меня? – охает мать, смотря на меня в упор. – Меня? – повторяет изумленно. А потом тихо сползает по стене. – Тимур, сыночек мой дорогой, ну, никак не ожидала…

– А на кого мне еще думать? – пожимаю плечами. И подойдя ближе, помогаю подняться. И тут же попадаю в цепкие материнские объятия. Уткнувшись лбом мне в плечо, мама рыдает как девочка.

– Прости, – глажу ее по спине."

"– Да я бы никогда… Я просила у него развод. И Сэм согласился. Оставалось только поделить имущество. Мне не было смысла…

– Отец хотел жениться на Марине? – пытаюсь выровнять дыхание и заодно разобраться в старой гнусной истории.

– Нет, – мотает головой мать. – Моя сестра за месяц до трагедии получила отставку. Твой отец влюбился в какую-то молодую стерву. И та крутила им, как хотела. Все заставляла развестись…

– О господи, – бурчу как старый дед и добавляю довольно.

 – Мам, хорошо, что это не ты. А на остальных мне плевать. Вот только я не пойму, почему задержали Андрея? Вы же познакомились уже после взрыва.

– Нет, – отстраняется мать. Отходит к окну и, достав еще одну сигарету из пачки, пытается прикурить. Но язычок зажигалки проскакивает в холеных пальцах. Хочу помочь прикурить, но мама в гневе отбрасывает сигарету.

– Достаточно. Вон, ноготь сломала, – с досадой рассматривает надломанный красный край.

Переведя на меня взгляд, решительно признается. – Андрей любил меня со школы. Только твой отец как дурак оголтелый только на мне хотел жениться и пер буром. Со своими дружками подстерегал Андрюшку. Били его несколько раз. А Елецкий мой не сдавался. Все равно за мной бегал. Но разве Сэма кто-нибудь мог переиграть…

– Павел, – роняю с усмешкой и, шагнув к матери, целую ее в лоб. – Теперь у нас другая жизнь, ма. И прошлое нужно забыть.