За тридцать тирских шекелей

– К сожалению, ушел из жизни, – сказал, наконец, Охотников. – Нежданно. Раз – и ушел…

– Не так уж и нежданно, – добавил Сухомлинов. – Неприятности у него были. И арестовывали, и блатные ему угрожали.

– Вот даже как! – удивился Пересветов. – Я и не слышал об этом…

– Да, Сергей Сергеевич, ты же в нашей компании, можно сказать, новичок. Собственно, на его место и пришел. Сын у него есть правда толку от него немного…

– Вот уж действительно не в отца пошел! – согласился Охотников. – Даже фамилию жены взял – не захотел Бернштейном быть…

– Ну, почему «не в отца»? – возразил Граф.

 – Телогреечку старую, кирзачи, шапку солдатскую, – помните, в которых папашка по рынку на Уделке рыскал, – до сих пор надевает, когда на «плешку» выходит: старательно маскируется под простого трудягу… И даже переигрывает – сейчас уже так не ходят! А «доскам» отцовым ладу дать не может, и продавать не хочет! Да и не понимает в них ничего! К тому же покойник в первой семье мало что оставил…

Теперь выразительно переглянулись Сухомлинов с Охотниковым.

Уж больно пренебрежительно отозвался Граф о покойном товарище и его наследнике. А ведь не ему бы говорить в таком тоне…

– Ну, если уж вспомнили, давайте за Александра Исаковича поднимем. Помянем его светлую душу. Может, он сейчас смотрит на нас свысока…

– Свысока вряд ли, – перебил адвоката Граф.

– Я имею в виду с высокого облака. Смотрит на своих друзей с умилением и радуется, что живем мы хорошо и прятаться уже не надо. Ведь мы же, Сергей Сергеевич, настоящее имя нашему Графу на квартире праздновали! Потому что, если бы тринадцать лет назад мы вот так, в ресторан, закатились, то сразу бы на карандаш к ОБХСС[3] попали: на какие такие доходы жируете?! Это сейчас вольнее становится, и жить легче…

Они выпили.

Все осушили рюмки как и положено, до дна, а Феликс лишь пригубил и поставил на стол.

– Неправильно поминаешь, Феликс, – заметил Охотников. – Если и было что между вами, так и забыть уже пора!

– Это точно, – согласился Сухомлинов.

– А что же было у вас такое? – снова полюбопытствовал Сергей Сергеевич.

– Да многое было, – глядя в сторону, буркнул адвокат.

– Что «многое»?! – повысил голос Граф. – Что вы перемигиваетесь? Что вы переглядываетесь да на меня косо смотрите? Новый человек в нашей компании что подумает? Хотя не такой уж и новый – пять лет вместе тремся. Так пусть знает, как все было на самом деле. Не я во всем виноват… Я все честно сделал, слово свое сдержал!

– А что же случилось? – не успокаивался Сергей Сергеич.